— Я верю, что дождусь, что ты придешь, — её теплые губы почти касаются моего уха, почему-то щекочут меня.

Я открыл глаза, покосился на прижимающегося ко мне Батона, чьи уши подергивались во сне, и резко сел, уставившись сонно-ошалевшим взглядом на сидевшего по другую сторону костра Муромца.

— Хорошо спишь, учитель. Сразу видно человек хороший, грехи тяжкие не тревожат, — с легкой усмешкой сказал богатырь, вороша палкой костёр. — Вставай давай, а то наши тебя уже заждались.

— Кто наши? — не понял я, протирая глаза и попутно щипая себя за мочку уха.

— Пошли.

Муромец решительно поднялся на ноги и направился к краю утёса, а я, недолго думая, пошел следом.

— Смотри, — Муромец повел в воздухе рукой.

Я бросил взгляд на поле, на замок на стоящее напротив погано войско… Ну это я всё и вчера видел, разве только количество различных монстров увеличилось, да среди солдат явственно было видно какое-то волнение. А ещё…Блин. Я удивлённо переглянулся с возникшим рядом со мной, точно по мановению волшебной палочки, Батоном. Затем вновь уставился на выходящие из леса полки настоящих чудо-богатырей: реяли на ветру флажки, сверкала чешуя доспех, блестели начищенные бляхи камзолов, а кончики штыков угрожающе сверкали на солнце, неземным светом горели синие звезды на буденовках, вздымали пыль потоптанные кирзовые сапоги.

— Илья, но ведь это…тут же мир сказки…

Губы Муромца тронула грустная улыбка.

— Многие из них…из нас уже давно стали в вашем мире былинами и легендами — сказкой ушедших поколений. А вообще, чему удивляешься, учитель, — хлопнул меня по плечу богатырь, заставив ойкнуть и уйти по щиколотку в скальный массив. — Ты же сам звал на помощь силы Земли Русской, а потом ещё добавил… — он кивнул в сторону выходящего из леса и выстраивающегося в шеренги войска.

Батон подергал меня за штанину и, вытерев линзу подзорной трубы кончиком хвоста, протянул её мне. Я благодарственно кивнул и прильнул к окуляру. Так, эльфы, гномы, причем всех видов размеров и, судя по всему, национальностей, рыцари в сияющих доспехах, судя по юбкам и заунывным звукам цельный батальон шотландцев, черепашки…Ёпрст…Я мотнул головой, приводя в сознание нервно хихикающие чувство реальности и посмотрел вверх в надежде увидеть мужика в красных трусах поверх синего комбинезона, но вместо этого над головой с ревом пронесся космический корабль, заложил вираж и, блеснув буквами «SR1» на борту, унесся ввысь.

— Господа, может хватит прохлаждаться, времени у нас не так чтобы много.

Мы с Ильей дружно обернулись. Белобрысый небритый мужик в поношенном плаще, приветственно кивнул, щелкнул зажигалкой и, затянувшись сигаретой, добавил:

— Пора бы уже надрать пару задниц, а не заниматься пустой болтологией.

— И то верно, — согласился с белобрысым Илья. — Идёмте, Ярослав Батькович, обсудим дальнейшие действия.

Мы вернулись в наш небольшой лагерь, где всё еще горел костер, а Скрипач продолжал усердно полировать свою секиру не сводя глаз с появившейся буквально в десятке метров от нашего бивака землянки. Да, да обычная такая землянка с крышей в три наката, из хорошего такого кругляка, маскированная дерном и криво воткнутой сверху подзавявшей березкой (ага,вырытая прямо в скальной породе, за ночь, у нас под боком…хотя за какую ночь, когда я уходил ничего подобного тут не было и вот…здравствуйте). Илья даже бровью не повел, объяснять, впрочем, тоже ничего не стал, а лишь жестом пригласил нас внутрь.

Внутри было накурено и стоял непередаваемый запах, наполнивший мои глаза слезами радости от нахлынувших воспоминаний об армейской молодости и «родной казарме» после марш-броска. Я невольно задержал дыхание, отметив висевший в углу топор, а Батон, несколько позеленел мордой, но уже через мгновение втискивал её в противогаз, по скорости явно укладываясь даже в самые строгие нормативы. Закончив со своим облачением, он протянул мне подсумок, но я отверг данное предложение, ибо мы полудраконы-диназебры птицы гордые и просто так какими-то запахами нас не возьмешь, а то что лицом сине-зеленые, так это окрас такой. А так все нормально, обычный запах, русский такой, мужицкий дух, я бы сказал, от которого волосы на груди курчавятся, а в носу стоят дыбом.

— Ярослав Сергеевич, батенька, что ж вы стоите у входа как не родной, проходите давайте, проходите.

Сухенький старичок в старинной военной форме, ухватил меня за рукав курки и буквально увлек за собой внутрь землянки к стоящему посередине довольно большому, но несколько кривосколоченному столу. Все собравшиеся вокруг него дружно обернулись и немного потеснились, пропуская нас с фельдмаршалом к столу на котором, как оказалось, была расстелена карта местности.

— Вы, Василий Иванович, продолжайте, продолжайте, — сказал старичок, окидывая карту внимательным прищуром.

— Как скажете, Александр Васильевич, — начдив подкрутил правый ус и взяв из казанка очередную картошку, установил её на карту. — Вот тут небольшой холм, думаю разумно поставить там товарища Янека на его «Рыжем», пусть прикроет гномью когорту, а то дюже меня стоящие там гоблины беспокоят, странные они, трубы за спиной какие-то таскают.

— Сделаем всё в лучшем виде, — стоящий у края стола молоденький танкист вскинул раскрытую ладонь к шлемофону. — Разрешите, выполнять.

— Выполняйте, — кивнул начдив и снова полез рукой в чугунок, на этот раз поместив картошку справа от довольно неплохо воссозданного замка (к тому же воссозданного в объеме, хотя тут вся карта была в объеме и даже отображала движение войск). — А это ваша позиция, товарищ Муромец. Там как раз ордынцы стоят. Враг вам знакомый, хотя их и усилили какими-то рыцарями в черных доспехах.

— Да хоть в золотых с продрисью, — буркнул богатырь. — Сейчас Алешка с Добрыней подъедут и выдвинемся.

— А от воздушных супостатов кто нас прикроет? — живо поинтересовался фельдмаршал. — Уж больно грозно эти ящерицы крылатые выглядят, да и других тварей не божьих в небе хватает, думаете Горыныч с бабушками справятся?

— Летающих тварей возьмут на себя командор и товарищ Люк.

Высокий мужчина в красно-синем бронескафандре стоявший рядом с молодым парнем, на поясе которого болталась до боли знакомая ребристая серебристая трубка, коротко кивнул.