Речница осторожно выглянула из-за гребня крыши. Воины, изнемогая от жары, пытались спрятаться в тени и с тоской смотрели на арку, запечатанную магией. В трёх шагах от них в мостовой чернел круглый пролом, прикрытый непрочной на вид решёткой.

– Эррингор, - прошептала Кесса, пытаясь сверху увидеть, что же там, на дне провала. – Стой на краю. Если увидишь стражников, рычи и дыши огнём.

– Фаррраррх! Знорка, с чего мне помогать тебе?! – из ноздрей зверька повалил дым.

– Не хочешь? Тогда помоги хотя бы себе, - в свою очередь фыркнула Кесса и замолчала, прижавшись к крыше. Внизу стражники переглянулись и вдоль стены прокрались под полог заклятия, к вожделенной тени и воде. Чёрный нетопырь сорвался с крыши и опустился на край колодца, приникнув к решётке.

Светло-серая шерсть Гевахелга как будто светилась в полумраке, столб солнечного света, падающий на дно ямы, зажигал её белым огнём. Существо лежало на полу, тщетно пытаясь спрятать глаза от солнца. Его руки были скручены за спиной.

– Гоэл! – тихо окликнула Речница. – Гоэл э-Тинр!

Гевахелг дёрнулся, как от удара, и попытался свернуться в клубок. Длинные ветвистые «усы» на его макушке были, как разглядела Кесса, связаны вместе и плотно обмотаны жгутом, отчего напоминали толстую косу. Хвост существа – самый его конец, с парой коротких шипов – зачем-то вмуровали в ком глины. Воздух вокруг Гевахелга странно мерцал и иногда как будто сгущался, но никакие силуэты в нём не появлялись.

– Стой на страже, Эррингор. Я спущусь, - прошептала Речница, покосившись на арку. Бояться пока было нечего.

Яма была просторнее, чем показалось Кессе сверху. Речница вернула себе человеческий облик и прислонилась к стене, скрываясь во мраке от чужих взглядов. Гевахелг с тихим воем корчился на земле, пытаясь не то встать, не то порвать путы, воздух вокруг светился всё ярче, и в нём пробегали зеленоватые искры.

– Не бойся! – еле слышно сказала Кесса. Она встретилась взглядом с демоном, и её передёрнуло. Для чего-то пленившим его нужно было, чтобы он не мог закрыть глаза, и его веки удерживала тонкая полоса ткани. Взгляд выпученных глаз, налившихся кровью, был мутным и почти безумным.

– Эти люди очень жестоки… - прошептала Речница и подошла вплотную, склонившись над хеском так, чтобы её тень скрывала его голову. Сейчас пригодился бы плащ…

– Знорка! А-аррх… знорка, - Гевахелг резко дёрнул головой и нехорошо оскалился. Кесса поёжилась.

– Ты ведь из Вайдена, правда? – быстро и тихо сказала она. – Элогеф и Валейл просили тебя найти. Они не знают, что с тобой, и почему ты пропал. Они не говорили, что ты злой, и что ты убиваешь мирных драконов…

– А-аррх! Я… я никого не убивал, - Гоэл яростно замотал головой. Кесса, забыв об осторожности, обхватила его за плечи – она хотела помочь хеску сесть, чтобы он не бился о землю, но демон оказался слишком тяжёлым.

– Ты зачаровал Элмада, короля драконов, - прошептала Речница. – Он спит гибельным сном. Я не думала, что вы враждуете с драконами…

– У-ух! Знорка, знорка, - Гевахелгу наконец удалось сесть, и он шумно вздохнул. – И ты о том же… Все говорят одно! Я не хотел ему вредить – я же сказал это тем зноркам, и другим, и всем, кто спрашивал. Я не хотел! Это был спор, просто спор… А-арррх… Где же Нерис, где он…

Существо странно дёрнуло плечами, путы впились ему в руки, и оно тихо завыло. Речница попыталась оттянуть верёвки и ослабить их немного, но хеска связывали на совесть…

– Нерис Имлийн? Тот чародей, что взял тебя в плен? – переспросила Кесса. – Ты не шевелись, я немного растянула верёвки, они не будут так врезаться…

– Аррх, - Гевахелг качнул головой так, что ударился подбородком о грудь. – Нерис, Нерис… Где он?! Он говорил – это ненадолго. Он выведет меня, и я разбужу дракона. Этой ночью… или прошлой? Арррх… это время, я не знаю, как оно течёт… Тут всегда холодно и жарко, темно и светло!

Он замолчал, хватая ртом воздух. Его дыхание было горячим и сухим, как пустынный ветер.

– Этот Нерис обманул тебя, - прошептала Кесса, сжимая пальцы в кулак. Водяной шарик соткался из воздуха и коснулся носа Гевахелга.

– Он жестокий и лживый человек. Он хвалится, что победил тебя… Так вы с ним были друзьями?

Гоэл слизнул сгусток воды одним движением языка и склонил голову на плечо, тяжело и часто дыша.

– Победил… Теперь я вижу, знорка. Да, хорошо вижу… чем я смотрел раньше?! Мы не друзья… он маг и я маг… он говорил – так интересно видеть магию Гевахелгов… и что я умею – это удивительно… и я много показал… а потом мы поспорили. Хватит ли у меня сил… и я согласился. Он говорил – это неопасно, все удивятся – и только… и я сниму чары. А потом они связали меня. Я говорил им… много говорил, впустую.

– Пей ещё, - Кесса сотворила большой водяной шар, но и его хватило ненадолго. – Нерис сказал им, что дракон проснётся, если тебя казнят. Они злы на тебя…

– Аррх… да, да, - Гоэл кивнул. – Не удивлён. Они так думают, да, это видно. Нерис не сказал им… никто не сказал… Я умру – дракон умрёт. Нерис его не разбудит. Только… только тот, кто творил чары, никто больше. Или боги…

Кесса нахмурилась. Её ногти впились в ладонь, но она не замечала боли.

– Он очень дурной маг, - прошептала она. – Верно, он хочет, чтобы дракон умер. А ты? Если бы ты был свободен… если бы Вайден тебя ждал… ты вернул бы дракона к жизни? Ты зол на него?