– Да, ещё три дня – и здесь будет праздник плодов Чинпы, - еле заметно усмехнулся маг и погладил летучую мышь. – Завтра жрецы скажут торговцам уменьшить цены, а алхимики будут давать зелья на пробу бесплатно. А следующий живой город мы увидим, если боги нас не оставят, через месяц… Возьмём тут много припасов… и ещё не забыть бы средство от хлак’ахильки. Эта напасть снова бушует в низине. Видимо, где-то затопило болотный курган… Смотри, Фрисс, будь осторожен с водой, когда перейдём через горы!

– В этих краях всё – одна сплошная напасть, хуже, чем в Старых Городах! – нахмурился Речник. – Завтра покажешь, какое лекарство нам нужно. У тебя мало денег, у меня ещё остались товары на обмен… Праздник плодов Чинпы? Звучит мирно… А второй праздник какой?

– Та-а… - Нецис, задремавший было, шевельнулся в гамаке. – Второй… Второй – честь для Тиалгикиса и всей округи. Трое великих магов возвращаются с Горы Нишэн. Тут рассказывают, что один из них прошёл испытание. Значит, в Гильдии Огня будет новый верховный маг, и Серх Цин’гвалийн уйдёт в обитель Куэсальцина, к Богам Огня… ну что же, он это заслужил. Интересно было бы узнать, кто его заменит. Серх будет здесь в день плодов Чинпы, и Маги Огня уже собираются сюда. Тиалгикис давно такого не видел…

Едва забрезжил рассвет, и костяные завесы над торговыми улицами приподнялись, пропуская мягкие утренние лучи, вокруг шатров и длинных столов с товаром уже забегали скелеты, завопили торговцы-Призыватели, заманивая прохожих, и запели флейты на крышах – жрецы в расшитых перьями мантиях просили богов о благосклонности, рассыпая сухие соцветия Чинпы над переулками. За Нецисом, пригибаясь под весом полных тюков, шёл скелет-носильщик – Некромант нанял его за мелкую монету у жреца в бело-чёрной мантии и костяной кольчуге. Тот стоял под аркой, ведущей в торговые кварталы, караулил костяного голема и толпу скелетов и задумчиво бросал в жаровню-череп листья и соцветия. Горький дым лез в ноздри и обжигал горло, Фрисс еле откашлялся, когда служитель Богов Смерти остался позади.

В сумке Речника побрякивали свёртки с многочисленными клыками, зубцами, когтями и чешуями самых странных тварей, шелестели разноцветные перья, тихо лежали завёрнутые в листья склянки из речного стекла и тростниковые стебли, наполненные красильными порошками и местными пряностями, о каких на Реке и не слышали. Связка копчёных змей и сосуд с жгучей нийоматлой болтались за плечом – Фрисс не хотел отдавать свою еду скелету, даже ненадолго.

Сейчас Речник – за его спиной переминался с ноги на ногу скелет, но Фрисс его не замечал – смотрел изумлёнными глазами на сотни крохотных бутыльков и надёжно закрытых коробочек на бесконечно длинном столе алхимиков. Вокруг люди, крысы, хольчи и даже форны перебирали товар, осторожно нюхали, высыпали на листок или обрывок странной бело-зеленоватой коры и растирали, и уходили с полными карманами склянок. Крыса-Призыватель по ту сторону стола уже махала Фриссу лапами и возбуждённо тараторила, но Речник почти ничего не понимал.

– Смотришь зелья? – Нецис просочился сквозь толпу и показал Речнику бутыль, оплетённую сухой травой. – Вот оно, средство от хлак’ахильки. Тут бесплатные зелья, их дают на пробу – во славу мастеров-алхимиков и для вразумления их учеников. Вон, посмотри туда, под табличку «Неопознанные зелья»…

Фрисс посмотрел. Все склянки там стояли вперемешку, не разделённые на строгие ряды, и нигде не было подписей – ни рядом с бутыльками, ни на них. Вокруг толпились форны, махая руками и яростно споря. Отдельные обрывки фраз долетели до Речника, и он усмехнулся.

– На пробу много не дают, - покачал головой Некромант, выхватывая из рядов пузырьки и расставляя их на ладони. – Что тебе нравится, Фрисс? Вот «Саламандра», зелье огнестойкости, а вот «Снежное масло» - защищает от смертоносного холода. А вот зелье неуправляемого превращения. Тут взрывчатые смеси, трогай их осторожно. А это «Эшамгвайет», страшный яд для любой нежити. Та-а… Вот и гвайюса. Возьму, пригодится. Без неё даже мне не вынести жары и гнилой сырости, когда мы спустимся в долину Игкой. И ты держи, Фрисс…

– Ох ты! – Речник спрятал в сумку четыре бутылька и потянулся к ряду коробков под табличкой, на которой он разобрал слово «камень». – А там что?

– Обычные зелья прочности, - равнодушно пожал плечами маг. – Пропитки для ткани и дерева. Против гнили, иссыхания и прочего… Та-а! Что же ты не сказал раньше, что они тебе нужны?! Я бы давно тебе сделал хоть бочку… и сделаю. Вон там продают пустые сосуды, выбери, какой захочешь, а я куплю масло и пух. Камни покупать – это лишнее, в горах подберём.

Крыса-Призыватель уставилась на Некроманта и сердито запищала. Он приложил кулак к груди и быстро заговорил на том же языке, указывая на полки за её спиной. Скелет-помощник тут же шагнул к ним, выбирая одну из больших бутылей, выстроившихся там в ряд, и какой-то мохнатый свёрток. Фрисс благодарно кивнул – говорить было бессмысленно, в таком гаме Некромант ничего не услышал бы – и ввинтился в толпу, пробиваясь к шатру с речным стеклом.

Спустя пол-Акена, мокрые, пропахшие курениями жрецов и уставшие, но довольные, трое путников сидели на краю каменной чаши. Тонкие нежные листья водяного мха колыхались в ней, а под ними бесшумно скользили мерцающие квейтосы и маленькие угри. Алсаг, принявший обычный облик, лакал прямо из чаши. Рядом пристроился Гелин – ему превращаться было негде, в промежуток между чашей и стеной он не поместился бы.