Смутные тени скользили в зелёной воде, Фрисс вглядывался в них, еле сдерживая радостный вопль, - это были Озёрные Драконы. Он налёг на поручень, надеясь, что жители озера видят его, как и он их. Нецис, отступив на шаг, посмотрел с опаской – он радости Фрисса не разделял.

– Водяные стражи! – прошептал Речник, провожая взглядом яркие скользящие тела. – Пусть хранит вас Река-Праматерь!

Морской рог в руках демона-Агва затрубил снова. Фрисс вздрогнул и поднял голову. Туман расступился, густая тень упала на воду. Костяной корабль вплывал под высоченную чёрную арку – проход в огромной базальтовой стене. Броня из переплетённых костей обвивала её, горящие глазницы черепов следили за «Атлакатлем» с высоты. Где-то вверху змеились лестницы, горели колдовские огни, и сверкали каменные лезвия. Рэйлинги, кружащие над огромной стеной, казались маленькими, как обычные вороны.

– Ксатот ил ти’инх, Гвескен,– выдохнул Нецис, прижав руку к груди. – Ксатот кэ ксатэннуал!

***

Зеленоватое сияние за спиной Древнего Сармата мигнуло в последний раз и медленно угасло. Он ступил на припорошенную золой почву, мельком оглядел поваленные и покосившиеся стебли Высокой Травы – следы недавнего низового пожара – и повернулся к четвёрке сарматов, приземлившихся поблизости.

– Огден и Деркин, три шага вперёд, - тихо сказал он и тронул плечо, сбросив сфалт ещё дальше за спину, так, чтобы наверняка до него не дотянуться. – Завершим наш разговор.

– Командир! – Кейденс выставил вперёд правую руку. Пластины его брони быстро сдвигались, открывая генератор защитного поля, но вдруг заскрежетали и замерли.

– Кейденс и Кэрс – десять шагов назад и руки за голову! – Гедимин снова порадовался, что никто сейчас не видит его лица. – Не вмешивайтесь.

– Командир, это… - разглядев что-то сквозь тёмный щиток над глазами Древнего, Кейденс оборвал себя на полуслове и шагнул назад. Гедимин смотрел на него и на Кэрса Рахэйну, пока оба сармата не встали поодаль, сцепив руки в замок на затылке. Никого не было вокруг, только ветер тонко свистел в примятой траве.

– Никогда я не сказал вам обидного слова, - взгляд Древнего остановился на Огдене и Деркине, оцепеневших в двух шагах от него. – Вы унизили меня перед тремя станциями. Огден!

– Командир, это вовсе не… - сармат замолчал и поднял голову, его пальцы судорожно сжались в кулаки. Поодаль шевельнулся Кейденс, но снова застыл под взглядом Гедимина.

– Я урод? – спросил Древний, наклонив голову, чтобы посмотреть Огдену в лицо. Тот вздрогнул всем телом.

– Нет. Никто не хотел унизить тебя, командир. Ты – Древний Сармат, никто на Восточном Пределе не видел Древних. Это простое любопытство, в нём нет ничего оскорбительного…

– Допустим, - Гедимин кивнул. – Ты брал плату с тех, кто смотрел. Сколько заработал?

Огден уткнулся взглядом в землю и отцепил от полётного ранца коробку, перетянутую пластинчатыми ремнями.

– «Эджин» и «Флан»… когда я собрал всё… они согласились дать мне базы генофонда, - смущённо, но не без самодовольства сказал он. – База «Скорпиона», к сожалению, погибла при аварии… На «Идис» мы нашли этот механизм. Это переносной сканер на один объект. Мы полностью восстановили его, он рабочий. Это всё, что я выручил. Гедимин, если ты…

Древний осторожно взял сканер, провёл пальцами по пластинам и переложил древний аппарат в левую руку.

– Лучшего и желать нельзя, - кивнул он. – И всё же…

Он не стал замахиваться. От короткого тычка в солнечное сплетение Огден отлетел на несколько шагов и повалился ничком, судорожно вздрагивая. Гедимин повернулся к Деркину. Тот стоял неподвижно, только дёрнулся и поднял руку, заслоняясь от Древнего. Тот тронул левое плечо и посмотрел на Деркина в упор.

– Это была очень смешная история? – ровным голосом спросил он.

Деркин замотал головой, сочленения тяжёлой брони заскрежетали.

– Командир, я думал – им всем лучше знать, как строилось всё это… всё, что нам досталось готовым, как вам приходилось совершать невозможное… кто жил тогда, и кто это делал, и кто… кто сумел расщепить атом. Вы с Конаром – легенды, если бы я работал с ним, я бы гордился до самой смерти. Я сделал запрос в архивы Ураниума… это было там. Когда мы увидели эти шрамы, всем стало интересно, и я… Гвеннон тоже слушал, но если бы я знал, как он это повернёт… но мы вовсе не хотели…

– Я понял, - кивнул Гедимин и ударил его – так осторожно, как только мог. Ликвидатор упал в траву и остался там, прижимая руку к животу и хрипя.

Древний обхватил руками плечи и склонил голову. Взгляды сарматов, полные страха, жгли его даже сквозь броню. На прикладе сфалта еле слышно щёлкали пластины – хранитель, не понимающий, что происходит, рвался из реактора наружу. Успокоить его было некому.

– Я в расчёте с вами, - тихо сказал Гедимин. – Менее всего я хотел это делать. Возможно, теперь я вам задолжал. Я подожду – и здесь и сейчас мы всё решим. И тогда, когда наш разум будет свободен, мы займёмся исследованиями.