– Нас из крепости не видно?

– Кажется, нет, - Нецис выглянул из-за ограды, кивнул и спустился обратно.

– Хорошо, - вздохнул Речник, заглядывая в узел с припасами. Вытряхнув оттуда флягу с тулаци, он полил пахучей смесью мясо и отгрыз кусок. Оно успело заметно усохнуть за последние дни – раскалённый воздух Кецани вытягивал влагу из всего, что попадалось.

Гелин задумчиво лизнул водяной шар, висящий перед его пастью, а потом сомкнул на нём челюсти и высосал его одним глотком. Демону было жарко, а Фриссу тяжело давалась магия, и чем дальше, тем сильнее у Речника ныли кости. Кто-то из богов пустыни снова озлобился на него, и он жалел местных жителей, пытающихся на иссохшей земле что-то вырастить.

Солнце неспешно клонилось к закату, горячий воздух дрожал над полями, струился медленно и лениво. Путники прятались от солнца в тени башенки, выстроенной над прудом для фамсов, на узкой меже посреди бескрайних огородов Икатлана. Где-то на севере, на обрывистом берегу, были устроены водоподъёмники, драгоценная влага прибегала на поля по узким разветвлённым канавкам, одну из них Речник сейчас разглядывал – и видел, что глина на её дне уже потрескалась от жары. Утром, на рассвете, вода пришла сюда, но сейчас от неё и памяти не осталось.

– Трудно здесь жителям, - вздохнул Фрисс, оглядев окрестности. Каждый клок каменистого плато был чем-нибудь засеян или засажен, а на юге, на краю пустыни, где выживала только жёсткая геза, раздавалось фырканье анкехьо и куманов – даже самые негодные земли не пустовали. Речник видел навесы из листьев, устроенные над овощными грядами – видимо, какие-то растения не выносили полуденного солнца. По колышкам-подпоркам поднимались многочисленные лозы – лиана Кими, сплошь покрытая завязями, бело-жёлтый паутинник, влаголюбивый Меланчин – южный овощ с огромными листьями и ярко-белыми цветами, под которыми уже виднелись длинные, с локоть, плоды. Фрисс задумчиво потянулся к одному из них, но Некромант удержал его руку.

– Не трогай ничего, Фрисс. Здесь этого очень не любят.

Речник отошёл от грядки и прислонился к прохладной стене башни. Сколько он ни высматривал упавший плод, цветок или хотя бы лист – ничего не находил. Кажется, жители подбирали всё прежде, чем оно долетало до земли.

– Значит, ты пойдёшь в город? – Некромант встал рядом с Речником, подальше от палящего света. Он был чем-то удручён.

– Да. На день, не больше, - кивнул Фрисс. – Посмотрю на водоводы.

– Легендарное сооружение – Водяные Змеи? – еле заметно усмехнулся Нецис. – Творение твоих сородичей? Я всегда восхищался им… ну, в те дни, когда мне удавалось войти в город Ти-Нау хотя бы на пол-Акена.

– Плохо, что тебя не пускают в Икатлан, - нахмурился Речник. – Не вижу никаких причин для этого. Но делать нечего… Тебе не будет душно? Может, лучше спрятаться в сумке или в тюках Гелина?

– У местной стражи – магическое зрение, - покачал головой Некромант. – Живое от неживого они отличают сквозь любую ткань и кожу. Поэтому я попробую спрятаться за твоим телом. Если повезёт, нас не различат.

Он посмотрел на северо-запад и слегка поморщился. Фрисс замечал уже, что Нецис не сводит глаз с северного берега – с тех пор, как странники переплыли Симту, север не давал ему покоя.

– Думаешь, тварь из Эньо идёт за нами? – тихо спросил он. Некромант покачал головой.

– С неё станется, Фрисс. Поэтому я не хочу, чтобы ты ночевал в застенье. Золотые стены крепости удержат ца’ана на расстоянии, а вот хлипкие домишки застенья…

Застенье раскинулось широко по засушливому плато. Фрисс с трудом различал, где кончаются поля с редкими землянками и хижинами поселенцев, и где начинаются хижины и землянки горожан, перемежаемые башенками фамсов, редко посаженными деревцами и клочками огородов. Никаких заборов тут не было, земли разных владельцев разделялись вкопанными обломками желтоватого песчаника – небольшими, но заметными.

Крепость Икатлан, жёлто-рыжая, с гранёными башнями и слегка наклонными стенами, нависала над долиной. Красные и зелёные флаги реяли над воротами, а в небе кружили, раскинув чёрные крылья, огромные летучие мыши – мегины. Такой же небесный отряд следил за дорогой. Чуть повыше мегинов парил, не шевеля ни крылом, ни хвостом, огромный красноватый ящер. Фрисс узнал его по силуэту – несомненно, это был полуденник, но почему он так близко к земле?

«Что там, Фрисс?» - зашевелился под бронёй Речника большой крылан, обличие которого на время принял Некромант. Он говорил сейчас на Хлоке – демон позволил людям беседовать в его мыслях.

«Здоровенный полуденник в местной страже,» - ответил Фрисс, стараясь не шевелить губами. Разговаривать мысленно он пока не привык.

«Это тонакоатль,» - голос мага стал ещё тише. «Ти-Нау каким-то образом договорились с ними, теперь полуденники охраняют их города. Бдительные существа, будь с ними осторожен…»

Череда повозок и вьючных ящеров перед Речником стремительно таяла, и вот уже он подъехал к воротам. Широкая дорога разделялась натрое – один поток шёл из застенья в крепость, другой – из крепости в застенье, третий же путь пустовал, и никто не смел на него ступить.