– Река этой весной не очень-то полноводная, - заметил Фрисс, когда вторая чаша с кислухой опустела, и по телу разлилось приятное тепло, а хесский кот наелся и свернулся огромным клубком между Фриссом и Кессой. Речница вполголоса беседовала с Симой Нелфи, молодая колдунья хвасталась изученными заклятиями и предвкушала дальний перелёт. Жители, вытянув из Речников все новости, говорили кто о чём, Амора Скенесова вылавливала из бочки третьего Листовика за вечер и думала вслух, готовить из него икко или так сойдёт… Сьютар Скенес сидел напротив Фрисса и выглядел так важно, как и полагалось главному жрецу участка.

– Да, воды немного, и она скоро уйдёт, - кивнул Сьютар. – Король вновь посылает тебя в неведомые земли? Кажется мне, что он к тебе несправедлив…

– Астанен не оставит меня без награды – и к тому же через месяц я вернусь, - усмехнулся Речник. – Привезти вам что-нибудь из гвельских степей?

– Сам возвращайся, живой и невредимый, - строго сказал жрец. – Я буду просить всех богов, чтобы присмотрели за тобой в пути. Степи полны чудовищ… Хорошо, что Кессу в этом году никуда не отправили! Если бы Амора и Ауна тем летом узнали, где она очутилась…

Сьютар покачал головой.

– Король Астанен не щадит ваших жизней, Речник. Но ты всё же не рискуй понапрасну. После Праздника Крыс мы вновь будем женить юнцов и девиц, и Хельг Айвин будет не слишком рад, если вы с Кессой на его свадьбу не явитесь!

– Пусть Хельг не тревожится, я буду к сроку, - махнул рукой Фрисс. – Что будем делать с подарками? Как в том году, или ты ещё что-нибудь придумал?..

В сумке Фрисса лежала половина вяленого Листовика и большой ломоть ирхека, у пояса висели фляги с водой, кислухой и цакунвой, кошель для пряностей был почти пуст, но Речник собирался наполнить его на востоке, где пряности дёшевы. Костяной корабль разминал крылья у причала, на его палубе столпились трое хогнов, Речник Кенну, Сима Нелфи и Алсаг, Кесса сосредоточенно проверяла, хватит ли тхэйге подъёмной силы на такую толпу. Вчера было пасмурно, капал дождик, но к утру небо очистилось, ветер шелестел в высохшей траве, над широко разлившейся Рекой кружили чайки.

– Сьютар присматривается к пещере Фирлисов. Думает, что это крысиное гнездо поддаётся расчистке, - хмыкнула Речница Сигюн. – Присмотрю, чтобы там разожгли хороший костёр в первый же день, иначе вонь не выветрится никогда. К твоему возвращению мы сделаем из норы Фирлисов человеческое жильё.

– Сигюн, когда ты оставишь их в покое? Они даже с участка ушли после… - начал было Фрисс, но махнул рукой. – Как хочешь. Не воюйте тут без меня, ладно? Хватит нам четырёх немирных лет…

– Постараемся, Фрисс, - кивнула Речница. – Не задерживайся у гвелов! И привези мне, если можешь, сушёного Яртиса. При нашей жизни только его и пить. Ингвар в том году придумал неплохую штуку из яртиса и кислухи, только её разбавлять надо. Сделаю себе один-два бочонка…

Глава 03. Венген Эса

– Так это зверёк Ильгиса? Не видел таких на Реке, - Фрисс провёл пальцем по спине летучей мыши – синевато-серого существа размером с ладонь, с огромными ушами. Зверь сидел на сундуке и жмурился на свет. Сима Нелфи кивнула, поднося под нос летучей мыши кусочек рыбы.

– Да, Ильгис прислал его мне с последним письмом. Он пишет, что это очень умные существа. Наверное, ему нужно имя…

Костяной корабль сидел на краю обрыва, сложив крылья. Путешественники недавно проснулись и торопливо доедали ирхек – всем не терпелось лететь дальше. Фрисс немного жалел, что тхэйга не может сесть на воду – можно было бы довериться на ночь течению Реки, и к утру они уже доплыли бы до «Флана». Он сократил немного дорогу там, где Река делала большую петлю, выгибаясь к северу, но мрак застал Фрисса на краю степи, в стороне от Реки, и ночной полёт был не слишком приятен…

– Сейчас мы рядом с «Фланом», - Речник чертил линии на земле, запоздало жалея, что не расписал Кессе всю дорогу заранее, в Архивах, где есть карты Реки. – По правую руку будет Старый Город, а за устьем Дзельты потянется Кровавый Берег. Надо провести тхэйгу как можно дальше от обломков «Скорпиона» - некстати будет, если она рассыплется на лету.

– И мы не увидим, как работают сарматы? – огорчилась Речница. – И потом, ты улетишь на восток, не попрощавшись с Гедимином…

– Я не навеки улетаю, Кесса, - усмехнулся Фрисс. – Сейчас сарматов лучше не трогать – весенняя горячка, запуск ещё не закончился, им не до зевак. Но если хочешь – пролетим над серединой Реки, посмотрим на купол…

Хогн-целитель Югес, рассматривающий корни Высокой Травы в поисках пробивающихся побегов, выпрямился и насторожил уши. Издалека сквозь шелест листьев долетел тоскливый вой.

– Войкс? – насторожился Фрисс. – Да, похоже на Войкса…

Невидимый падальщик ненадолго замолчал и снова подал голос, уже громче и отчётливей. Все поёжились и переглянулись – никому не был приятен голодный вой демона.

– Что он забыл наверху? – передёрнула плечами Кесса. – Не пошёл бы сюда…

– Мы ему не нужны, - покачал головой Речник. – Может, Скхаа разбился в степи, или ещё кто из хесков умер, вот он и пришёл…

Трёхцветные стены станции «Флан», ряды огромных ярких куполов и труб, высоченные ветвистые мачты в гирляндах неровно вспыхивающих огней проплыли под левым крылом тхэйги и сгинули за кормой. Ни одного сармата на берегу не было, ни одна мачта не горела ярко – Фрисс видел, что запуск в самом разгаре, и тревожить станцию сейчас смерти подобно.

– Старый Город… - все столпились по правому борту, и Фрисс поспешно отступил на левый и перегнал туда же Алсага, чтобы тхэйга не опрокинулась. Мёртвая серая громада бросала густую тень на воду, даже тогда, когда солнце светило с востока, а не с запада. За силуэтами башен с зияющими провалами окон вспыхивал и гас красноватый огонёк. Что-то глухо взвыло в сердце руин, над полуразрушенными домами взметнулась стая Клоа и закружила в воздухе, что-то вынюхивая. Фрисс и Кесса переглянулись.