Брюнет склонил голову, глядя на меня. В его глазах впервые промелькнула хоть какая-то эмоция. Любопытство.

Он снова бросился в атаку, но опять не против меня, а на девушек. Лакросса метнула несколько замороженных Вероникой копий, но враг с лёгкостью отбил их, оббегая машину. Он был быстр, очень быстро. Но и я уже оказался готов. Я тоже могу двигаться быстро.

Когда убийца снова оказался возле подруг и замахнулся клинком, его уже ждали я и мой молот. Я ударил сбоку, и он отлетел, ломая кусты. От его тела отпало несколько небольших фрагментов чёрного стекла.

Убийца встал и на этот раз не сводил с меня глаз. Девушки отступили за мою спину, Агнес прижималась к Лакроссе, которая держала несколько копий, готовая к атаке. Вероника держала в руках небольшой ледяной кинжал. Не знал, что она так может.

Руки твари удлинились. Меч исчез, вместо него появились длинные сучковатые пальцы с когтями. Я понял, кого он мне напоминает. Саранчу, которую показывал Сергей Михайлович на уроке.

Враг поднял правую руку, я поудобнее перехватил молот, накачивая его маной. Сухой щелчок пальцами разорвал тишину, и от чёрных ног по земле побежали фиолетовые языки пламени. Они поджигали всё, чего касались.

Я ударил молотом по земле, пытаясь трещинами остановить ход магии, но пламя легко перекинулось дальше и поползло к моим ногам.

Вдруг мелькнула мохнатая серая тень. Она вцепилась в руку врага, рыча и лязгая зубами. Враг взвыл, схватившись за повреждённую руку, и отшвырнул волчонка. Тот взвизгнул, ударившись о твёрдый асфальт.

— Альфачик! — крикнул я в отчаянии. Девушки бросились к нему, пытаясь утащить лежащее тело с дороги. — Ну всё, гад, игры кончились, — рыкнул я.

Фиолетовая магия погасла, остался только обычный огонь, которым вспыхнули деревья вокруг дороги. А рука твари стала напоминать огрызок. Волчонок разгрыз его волшебные пальцы. Но какой ценой?

Мы бросились друг на друга и сцепились в схватке. Трещало и ревело пламя, освещая всё вокруг оранжевым светом. Враг атаковал, постоянно меняя форму своих рук и ног. Мечи и кинжалы оставляли глубокие царапины на морёной плоти и рвали мой костюм на части.

А ведь я за него столько денег отдал!

Но и я в долгу не оставался. Молот откалывал всё новые куски чёрного стекла от тела убийцы. Его глаза полыхали болью и яростью, и он всё больше терял контроль. Скорость атак увеличилась, но они были беспорядочными. Я же не потерял контроля над собой, парировал их как мог, постоянно находя бреши в обороне противника.

Воздух постоянно свистел, рассекаемый то молотом, то стеклянным оружием, скорость боя всё увеличивалась, натиск твари не ослабевал. Постепенно мы оказались на дороге.

Не знаю, сколько мы так сражались. Не меньше четверти часа, но казалось, что целую вечность. Внезапно я услышал шум мотора, затем визг шин за спиной и топот сапогов.

— Что за?! — раздался бас.

— Что делать, командир?

Уходя от очередного удара сверху, повернулся боком, подловил вражеский меч в нижней точке и топнул выше него по стеклянной руке. Она отломилась, вызвав стрекочущий рёв ублюдка. У меня аж сердце порадовалось.

Появилась пара мгновений оглядеться. Справа машина, за которой спрятались девушки, слева — бронированный грузовик и группа солдат с оружием, из личной охраны Императора. Увидели огонь и решили, что на кого-то напали. Правильно решили.

Чуть впереди стоял командир — коренастый и высокий мужчина с автоматом, нацеленным на нас. Позади — с полдюжины бойцов в броне и с оружием. Командир беглым взглядом оценил обстановку и рявкнул:

— Стреляйте в чёрного!

— В какого именно? Они оба чёрные!

— В самого большого!

— Свои! Свои!!! — заорал я, когда в меня полетел град артефактных пуль.

Одновременно с этим чёрный убийца тоже кинулся в новую атаку. Пришлось прикрыться от пуль выросшим щитом, а от твари отбиваться молотом. Из моей руки протянулись мелкие корни, крепче ухватившие рукоять оружия. Можно сказать, я с ним сросся.

— Отставить огонь! — проорал басом командир. — Это Дубов! Стреляйте в немого!

Рой светлячков перекинулся на моего противника. Мелкие пули били электричеством, замораживали льдом и обжигали огнём. А ещё мешали твари бить меня. Оценив обстановку, враг бросился бежать. Я устремился за ним, но на границе пылающего леса вдруг появилось тёмное пятно, в которое, как в бассейн, нырнул убийца. Портал, а я полагаю, это был именно он, почти тут же закрылся. Я даже револьвер перенести из кольца не успел.

— Сука! — рыкнул я. — Ушёл, гад!

Спустя несколько минут горячка боя отступила, и я ощутил, что выжат почти досуха. Потратил всю ману, из обессилевшей руки выпал молот, а я попытался дойти до девушек, но ноги плохо слушались. Бойцы рассредоточились по территории вокруг, пытаясь найти, куда делся враг. Естественно, ничего не нашли.

Ко мне подскочил боевой целитель и осмотрел. Моё тело покрывали сотни глубоких и кровоточащих порезов, за заживление которых он тут же хотел взяться, но я оттолкнул его руки, несмотря на боль во всём теле.