— Кто правитель этого сектора? Здесь есть жизнь?

— Здесь жили мои предки, светлолицые воины. Они торговали с окраинами вашей страны и с Третьей Лопастью. Наверное, их осталось очень мало, потому что я почти ничего не знаю о своих соплеменниках.

— Но что-то же должен знать. Чему-то же тебя учили твои учителя и родители?

Неужели он до сих пор пытается меня подловить?

— Я сирота, — в сотый раз сказал я свою легенду. — Меня воспитывал степной ветер и дикие звери. А позже — книги. Раннего детства своего я не помню.

Цзи Луань нахмурился и отвернулся.

— Ты говорил про какой-то замок, стоящий в этом секторе, и что там может быть подмога.

— Да, древний монастырь. Я прочёл об этом в книгах, что мы нашли в Древних Цехах. Возможно, там есть остатки древнего оружия. Возможно, даже воины, способные нам помочь.

— Они умеют то же самое, что умеешь и ты? — спросил он.

— Возможно.

Генерал повернулся ко мне. В его глазах был огонёк надежды.

— Я не знаю, хорошо это или нет. Но мы должны пройти туда. Вдруг эти воины окажутся очень кстати.

Я кивнул.

— Монастырь, если верить тем древним книгам, стоит на нашем пути. Так что мы всё равно пройдём мимо…

Холодные болота угнетали своей безжизненностью. Запасы стремительно таяли, а крупных зверей здесь не водилось, приходилось довольствоваться лягушками и болотными цаплями. Древние дороги, по которым можно было хоть как-то пройти, оказались столь ненадёжны, что генерал — да и я вместе с ним — опасались за сохранность истуканов и бронеэлефантов. Ближе к обеду один из механических слонов всё же прошёл слишком близко к краю дороги и провалился одной ногой в топкую жижу. Нам потребовалось больше часа, чтобы вытащить его.

Обеденный лагерь в таких условиях развернуть не получалось — подходящей по размерам площадки на узкой дороге не было. Приходилось идти, делая короткие остановки для переклички, проверки скакунов и прочего. На небольшую возвышенность мы вышли ближе к полуночи, уставшие и измождённые.

Я устал не меньше остальных, потому что колоссальную работу проделывал вне своего тела, погружаясь в транс. Это было необходимо, потому что впереди меня ждал сложный день. Самый главный день моей жизни за последний десяток лет.

6.

Замок, к которому мы вышли, представлял собой очередное строение Первой цивилизации. Обычная небольшая военная база, которую китайские первопоселенцы, заброшенные пару тысяч лет назад в мир Веера, натыкали в каждом удобному углу. Покрытые вековым слоем мха и опутанные вьюнами, её низкие корпуса и бетонные бункеры казались древней могильной плитой ушедшей эпохе.

Через открытые ржавые створки гулял ветер. Базу давно разграбили дикари, которые сами сгинули десяток веков назад. В отличие от цехов на севере, возможности реанимировать её не было. Тем более в столь короткий срок.

— Ты… Ты солгал мне! — рявкнул генерал.

Я изобразил страх на лице и попытался оправдаться.

— Это… не я, это древние книги солгали мне! Они говорили, что здесь живёт древний народ, и монастырь…

Генерал подошёл ко мне вплотную. В его налитых кровью глазах была ненависть. Казалось, он сам не верил в происходящее, в то, что его вера умерла.

— Не считай меня за дурака! Старые книги не могут лгать. Нет никакого монастыря. И не было! И народа никакого твоего здесь не было, а если и был, то много веков назад, когда твои прадеды ещё… Признавайся, кто ты, Чу Тсу? Ты демон? Ты пришёл, чтобы убить меня, заманить в ловушку?

— Если я демон, то меня следует закопать живьём.

— Взять! — рявкнул он своим телохранителям. — Закопайте живым!

Цэнь Сунг и его напарник рванули ко мне.

— Но мой повелитель! — взмолилась юная наложница в глубине шатра. — Это же великий провидец, и он…

— Молчать! — генерал махнул рукой, опрокинув кувшин с вином, и замолчал.

Внезапно землю затрясло. Все испуганно схватились за своих коней, пытаясь сохранить равновесие. Землетрясение продолжалось недолго, но было одним из самых сильных за последние дни. По мере приближения владыки Четвёртой Лопасти к центру мира они только усиливаются — таков закон местного мироздания.

Всё идёт по плану, подумалось мне. Он побоится… Он точно побоится, подумалось мне. Впрочем, от его решения мало что зависело.

— Я не знаю, кто ты, — сказал генерал. — И я не хочу тебя убивать. Кем бы ты ни был, ты стал мне другом и союзником. Но я не хочу рисковать. Я свяжу тебя по рукам и ногам и повезу в своём паланкине. Твоей помощи как картографа больше не требуется, мы в двух днях прямого пути до гнезда этих тварей. Когда я увижу, что мы разрушили гнездо, я развяжу тебя.

— Да будет так, повелитель! — с притворной радостью воскликнул я. Охранники принялись опутывать меня твёрдым плетёным канатом. — Спасибо, о великий! Спасибо тебе.