После этого я начал строительные работы. Основную базу я решил возвести на самой высокой точке скалы по вполне понятным причинам. Для этого мне пришлось сравнять и уплотнить вершину, сделав фундамент. Из этого самого камня я трансфигурировал огромные кирпичи, из которых начал возводить невысокую квадратную башню.

На постройку я потратил относительно немного времени – целый день. Но зато к вечеру у меня уже был свой дом. Буквально без мам, пап и кредитов.

Как же хорошо быть волшебном.

Осталось только добавить чары терморегулирования, защиты от влаги и обставить башню мебелью. Её я делать не буду, а просто куплю. Только, я думаю, мне придётся продать ещё одну картину перед этим, ибо покупать надо много чего.

***

— Что же, я вижу, что ты очень хорошо усвоила весь пройденный материал, — сказал я, присев на свой стол, что находился напротив единственной парты в комнате.

Гермиона просветлела.

— На самом деле, произошло то, на что я не рассчитывал. Прошёл месяц, а мы уже сильно опережаем программу.

— И... что это значит?

— Это означает, что мы можем пропускать дни, делая перерывы. Либо же наши занятия закончатся раньше, так как мне просто нечему будет тебя больше учить.

Я был рад обнаружить на её лице противоречивое выражение. Можно было бы ожидать, что это будет для неё хорошей новостью. Но так как я за это небольшое время смог её немного привязать к себе, старательно создавая между нами дружескую атмосферу и относясь к ней как к равной. Потому теперь она уже не очень рада слышать такое.

— Но знаешь, есть один вариант немного... расширить нашу программу.

— И какой же, профессор Оливер?

Да, я смог добиться от неё обращения по имени, пусть и в таком формате. Но так даже лучше.

— Знаешь, вопреки тому, что вам сказала профессор Макгонагалл, у тех, кто живёт в волшебном мире, всё-таки есть преимущество в практике заклинаний.

— Но разве колдовать вне Хогвартса не запрещено? Вы сами говорили, что на каждую волшебную палочку наложены следящие чары, которые предупреждают министерство в случае применения волшебства вне Хогвартса несовершеннолетним.

— Так-то оно так. Но дело в том, что есть некоторые способы обойти эти чары. К примеру, защита на большинстве мэноров так называемых благородных волшебников экранирует эту защиту. Поэтому их дети зачастую имеют фору в несколько месяцев перед Хогвартсом, а то и больше. Не говоря уже о времени на каникулах.

— Но это... Это не справедливо!

— Как я уже ни раз говорил: мир в принципе не справедлив.

— Так значит, у вас тоже есть мэнор, и вы предлагаете практиковать в нём заклинания? — подобралась она.

— Откуда у меня может быть мэнор? Ты забыла, что я тоже маглорождённый?

— Ах, да, действительно, — пристыженно пробормотала она. — Тогда у вас есть какой-то другой способ?

— На самом деле нет.

Затем я прервал возмущённую реплику, которую пыталась выпалить Гермиона:

— Просто я недавно приобрёл — скоммуниздил, если быть точнее — один остров, на который я наложил очень мощные скрывающие чары, которые, в том числе отражают любые следящие чары.

— Ненавижу, когда вы так делаете, — пробормотала она под нос.

— Так ты не согласна?

— Я согласна! Но где этот остров находится и как мы будем туда добираться? С помощью аппарации?

— С помощью портключа. Аппарацией преодолевать такие большие расстояния через океан очень небезопасно. Кстати, Тупичок находится в Карибском море на шестнадцати градусах тридцати пяти минутах северной широты и семидесяти двух градусах сорока четырёх минутах западной долготы.

— Эм... Простите, я не очень ориентируюсь в морских координатах...

— Это адрес острова. Можно сказать, кодовая фраза для скрывающих чар под названием Фиделиус, которая даёт тебе доступ. Теперь ты сможешь увидеть остров. У тебя палочка с собой? — она кивнула. — Тогда хватайся за портключ, — протягиваю я ей ленточку.

— Что, прямо сейчас? — испуганно спросила она.

— Что, хочешь взять с собой купальник? — улыбнулся я. — Вообще-то, мы туда учиться идём, но... Если ты хочешь после занятий задержаться, чтобы поплескаться в воде, то я совершенно не против.