Я хмыкнул, отставил свою рюмку, исправно опустошаемую до дна, и поглядел на раскрасневшегося от выпитого и от внимания сидевших рядом коллег женского пола Ноктуса. Собственно, он был примерно ровесником Вивы, то есть на шесть лет младше нас с Вэрмом. Но обращение "молодой", естественно, использовалось в служебном смысле. В рядах Департамента особо важных процессов он был новичком, но теперь зарекомендовал себя с весьма неплохой стороны, докопавшись до истории со вторым стафилином.

Буквально час назад мы доложили всё Вартимусу, и тот признал, что это хорошая ниточка к Апиусу. Конечно, для предъявления обвинения самому Триумвиру этого было совсем мало, тем более что захваченный инсектант упорно отказывался признать, что ящик с тварью принадлежал им с его покойными друзьями. Да и причастность конкретно этих "клиентов" к Братству жнеца была пока не доказана. Но сам факт, что удалось найти и обезвредить ещё одного смертельно опасного жука, был достижением. И это целиком заслуга Ноктуса. Пусть моя настороженность по отношению к нему пока никуда не делась, но не признать его успех и эффективность я не мог.

Получив скупое одобрение Главы за "нормальные первые результаты", мы восприняли это как руководство к действию и решили как следует напиться… ну, то есть провести плодотворное обсуждение дальнейшей работы. Рассудили, что делать это в кабинете и в сугубо мужской компании не так уж и прикольно, а потому оккупировали на вечер один из буфетов на втором этаже и позвали сочувствующих сотрудниц. Незаметно, количество вовлечённых возросло само собой, и вечер стал шумным и весёлым.

Правда, я кое-чего опасался. И, естественно, это не могло не произойти.

Отзвучал очередной тост, пищевод ощутил благодатный поток тепла. Пребывая в блаженстве, я вдруг увидел, что пришла та, от кого сразу захотелось спрятаться. Стало быть, Сам только что покинул здание. Арита, сверкая глазами, демонстративно уселась рядом, втиснув стул между мной и ещё одной коллегой из аналитиков. Я успел перехватить псиэм-выплеск и глумливый взгляд Вэрма, в котором читалось:

"Ну, тебе …дец!"

Я уже понял, что моя моральная устойчивость этим вечером подвергнется самому суровому испытанию.

— Так вот, продолжим разговор, — тихо, но напористо проговорила Арита, приблизив губы к моему уху. — Остановились на том, что ты жестокий мудак. Наливай, давай! И приготовься слушать.

Я обречённо вздохнул и спросил с надеждой:

— Вина?

— Нет, сегодня водки! — не оставила сомнений в серьёзности намерений блондинка.

Мы выпили, после чего я, наконец, услышал самую суть:

— Ты жесток — так отказывать женщине, которая давно тебя хочет. Всё избегаешь под разными предлогами. Прямо-таки недотрогу из себя корчишь. Типа ты такой особенный.

Я был рад, что она хотя бы говорит тихо. Однако не был уверен, что сидящие рядом с нами не "греют уши". Надежда была на звон рюмок, громкие тосты и смех коллег.

— Арита, у меня, видишь ли, и так с девушками… хм, непростая ситуация.

— Да плевать я хотела на твои ситуации и прочие отношения! Мне от тебя ничего особого не надо, я не собираюсь тебе десять детей родить. Немного тепла и близости не помешало бы. Гарантирую, что без обязательств, если ты такой весь правильный, что…

— Нет, как раз таки неправильный, — я искренне вздохнул. — Просто…

— Вот именно, просто! — перебила она. — Всё гораздо проще, чем ты воображаешь.

— Может, ты права, — капитулировал я, вновь наполняя рюмки.

Градус общего веселья меж тем существенно возрос. Количество выпитого приближалось к тому рубежу, за которым обычно начинались шутки в адрес начальства — безобидные и не очень. Доставалось и Вартимусу, причём мы все знали, что Арита — "свой парень" и не настучит.

В этот раз учудила Тэлия, одна из аналитиков, поведав, что удалось раскопать старый псиэм-образ молодого Вартимуса в неформальной обстановке. С учётом известной закрытости достоверной информации о прошлом Главы это была любопытная находка.

— Глядите-ка, он тогда даже ещё не лысый был, — прокомментировал Квинтис, когда девушка разослала нам визуал.

Я тоже вгляделся в образ, хотя и было не особо интересно. Кастор Вартимус с коротким ёжиком чёрных волос, причём в цивильном — надо же. Где-то в торгово-развлекательном центре или зале аттракционов. Охренеть, даже улыбается! Более того, на коленях у него ребёнок — задорно смеющаяся маленькая девочка, розовощёкая с озорными прищуренными зеленоватыми глазками. Прямо-таки семейная идиллия. Я понял, что вижу, скорее всего, ту самую дочку Главы, которая, по слухам, потом оказалась альсеидой, и которую Вартимус сам же и казнил пару лет назад. Да-а уж, а в детстве всё было так хорошо… Мне почему-то стало немного грустно, хотя коллеги вовсю шутили над "папашей Кастором".

Наше исключительно рабочее совещание в буфете стремительно приобретало всё более разгульный характер. После ещё нескольких тостов девушек потянуло танцевать. Мы знали, как включить нужную музыку и соответствующее моменту приглушённое освещение, ведь, чего греха таить, задавали жару в этом зале не в первый раз.

Станцевав с прижимающейся ко мне Аритой медляк под красивый хит этого года "Sesso sotto le stelle" [41] , я почувствовал, что должен ненадолго покинуть прекрасную компанию.