– Ты не первый, кто так думает, – я резко дёрнулась в сторону и перекатила его обратно под себя. – И не последний, кто ошибается.

Прежде чем я успела что-то сделать, лейтенант ударом в плечи, сбросил меня с себя, так что я упала спиной на мат. Но быстро перекатилась и увернулась от его подножки, вскочив на ноги.

Арракианец остался сидеть на корточках, посматривая на меня, словно приглашая к атаке.

Меня не стоило упрашивать, и я рванула к нему. Мужчина вскинул голову, ухмыльнулся и ринулся ко мне, обхватив за талию и сбивая с ног, так что я снова оказалась на спине.

Я вскинула ноги, обхватывая его за плечи, используя инерцию падения, чтобы сдавить бёдрами его шею и голову.

– Ты лучше, чем я ожидал, особенно для человека такого маленького роста, – с улыбкой ответил арракианец, совсем не запыхавшись.

– Разве ты не знаешь, что размер не имеет значения?
– сильнее сдавила его голову бёдрами.

Лейтенант одарил меня ещё одной сводящей с ума ухмылкой, прежде чем, используя свои бёдра, приподнялся и перевернул меня на спину, ослабляя удавку. Он схватил мои запястья, и резким движением оказался сверху, заведя мои руки за голову и удерживая их на мате.

– Это не то, что я слышал, Дарина.

Я разочарованно выдохнула, пытаясь обхватить его ногами или вырвать руки из хватки, но вес арракианца приковал к мату. Секунды шли, а я не могла оторвать плеч от мата и застонала от злости. Он приколол меня к мату, как бабочку и теперь без зазрения совести рассматривал под всеми углами.

– Ты проиграла, – произнёс он, даже не думая отпускать меня из хватки.

Я ненавидела чувство беспомощности перед ним, как и его победную улыбку.

– Ты не обязана бороться со мной и что–то доказывать, Дарина. Я уже знаю, что твоя сила духа намного сильнее физической силы.

Я перестала сопротивляться и тихо произнесла, встречаясь со взглядом арракианца:

– Единственный известный мне способ добиться успеха - быть жёстче, чем все остальные. Если я не добьюсь успеха здесь, я потеряю всё. Моё положение, мою карьеру, моё будущее. Что может быть хуже этого?

– Ты ещё не знаешь Академии, но здесь с тобой может случиться много чего похуже, – лейтенант наклонился к моему уху и прошептал: – Позволь мне защитить тебя, Да-ри-на.

От его тёплого дыхания и приглушённых слов обдало жаром, и я внезапно остро осознала, что на мне лежит огромный, горячий мужчина. И твёрдый… невозможно не заметить, что именно давило мне на бедро и насколько твёрдое.

Я покачала головой. Я согласилась полетать сюда, чтобы добиться успеха, а не для романтических связей с арракианцем. И точно не для того, что бы позволять мужчина стать моим защитником.

– Упрямая, - его губы коснулись мочки уха, вызвав рой мурашек, пробежавших по спине. – Мне бы не хотелось терять коллегу для таких интересных спаррингов.

– Я обещаю тебе, что это последний раз, когда ты оказываешься сверху.
– Я попыталась сбросить его с себя, но он оказался подобен горной скале. Твердый и неподъемный. Сколько же он весит?!

– Посмотрим, Дарина.
– Лейтенант не сводил с меня пристального взгляда, в которых светился азарт, а на губах появилась улыбка.

Я могла бы поклясться, что он знает, как вывести меня из равновесия.

– Слезьте с меня, лейтенант Вольтер. Спарринг окончен, - решительно произнесла, на самом деле, не хотела, что бы он отпускал меня. Но не могла уступить тому, чего хотела.

Взгляд арракианца на мгновение задержался на моих губах, прежде чем он слегка наклонил голову и хриплым голосом произнёс:

– Ваше желание для меня закон, капитан, - слова звучали, как обещание чего-то в будущем.

Как только его хватка на запястьях ослабла, я вывернулась из-под мужчины и вскочила на ноги, успокаивая дыхание.

– Проведём ещё один спарринг в пятницу?
– спросила я, борясь с желанием позорно сбежать из тренировочного зала.

– Готов хоть каждый день, коллега, - весело отозвался арракианец, в миг оказавшийся на ногах.

– Договорились, лейтенант, – выдохнула я, тряхнув головой и быстро направившись на выход, собирая свою гордость по кусочкам.

Этъер

Я ненавидел

опаздывать, потому что это напоминало об отце, который никогда не приходил вовремя, если вообще удосуживался прийти, а также о матери, которая кусала нижнюю губу и пыталась притвориться, что всё не имеет значения.

И вот теперь я опаздывал на ужин по случаю открытия семестра.

"Совсем как отец", - мрачно подумал я, стараясь не думать о позоре. Моим единственным утешением был тот факт, что причиной опоздания стала неисправность пульта управления в одном из реактивных истребителей. Я потерял счёт времени, пытаясь разобраться в проблеме, и теперь спешил по пустым коридорам под эхо моих шагов.