Мой дедушка и отец всегда говорили о недвижимости. О том, как важно работать упорно и строить что-то с нуля. Дед был политиком, а отец владел инвестиционной компанией, так что трудовая этика была вбита мне в голову с детства. Да, мне повезло больше, чем многим. У меня был солидный трастовый фонд, и значительную часть я вложила в покупку этого здания, которое стало моим домом и местом работы. Это было умное и безопасное вложение.

В здании также находилось еще одно помещение, соседнее с кофейней, но я пока не решила, что с ним делать. Недвижимость в Магнолия Фоллс была на пике популярности, особенно в центре города. Я планировала подождать, посмотреть, как пойдут дела, и либо расшириться, либо сдать помещение в аренду другому бизнесу.

Моя мать была в ужасе от того, что я живу над кофейней, ведь родители предлагали купить мне дом в качестве подарка на выпускной. Но я была полна решимости использовать деньги из своего траста, чтобы они начали работать на меня.

У меня были подруги из богатых семей, которые после выпуска провели месяцы, путешествуя по Европе. А я была здесь, работала над своим бизнес-планом и занималась ремонтом здания.

Я никогда не была той самой девушкой. Конечно, я любила красивые вещи и стильную одежду, но всегда привыкла работать. В колледже я подрабатывала, и мне нравилось зарабатывать свои деньги. Люди часто думали, что всё, что у меня есть, просто свалилось мне на голову. Когда меня приняли в один из самых престижных университетов Калифорнии, я выслушала кучу комментариев о том, что мой дедушка наверняка замолвил за меня словечко.

Я знала, что, если бы я ответила и сказала, что получила полную академическую стипендию на все четыре года, меня тут же назвали бы высокомерной. Поэтому я просто молчала. Но я пахала как проклятая в старшей школе, и это продолжилось в колледже.

Я хотела создать себе имя вне контекста своей семьи. Доказать, что я заслуживаю того, что имею.

В нашей семье тоже хватало трагедий, и я хотела, чтобы они мной гордились.

Когда я открыла дверь своей квартиры, я не могла не улыбнуться. Пол из деревянных досок с налетом старины придавал уют всему пространству. Маленькая белая кухня с красочным керамическим фартуком добавляла характер помещению. Я выбрала очаровательный светло-голубой ретро-холодильник, который идеально вписался в дизайн маленькой кухни.

В центре комнаты стоял остров из массивного дерева, на котором я чаще всего ела. В гостиной, расположенной прямо рядом с кухней, стоял белый диван, украшенный уютными декоративными подушками и розовым пледом, небрежно переброшенным через подлокотник. Я добавила белые римские шторы, чтобы помещение оставалось светлым и воздушным.

Моя спальня и ванная были выполнены в схожем стиле. Я назвала это «французский фермерский шик».

Даже если моя квартира всего 80 квадратных метров без двора, она была полностью моей. Я упала на диван и тяжело вздохнула. В глубине души я всегда оставалась деревенской девчонкой. Так было всегда. Однажды я планировала завести собственное ранчо с лошадьми, но пока мне приходилось ездить к родителям или бабушке с дедушкой, чтобы покататься на Чашечке.

На данный момент мой план был прост: работать, не поднимая головы, и двигаться вперед.

Доносившийся с улицы смех привлек мое внимание, и я поднялась на колени, чтобы выглянуть в окно. Ромео выходил из своего спортзала с маленьким мальчиком лет пяти или шести, держась за руки. Малыш был в кожаной куртке, а его волосы были аккуратно уложены назад. Он с восхищением смотрел на мужчину рядом с ним.

Улыбка Ромео была широкой, и на мгновение у меня перехватило дыхание.

Он действительно красивый мужчина, даже если и невыносимый придурок.

К тому же он явно умел улыбаться, если человек, находящийся рядом с ним, ему нравился. Мне стало любопытно, был ли это его ребенок. Вполне возможно. Мне было двадцать два, и я почти уверена, что он был старше меня на год или два, так что у него, вероятно, могла быть своя семья, о которой я ничего не знала.

Я повернулась обратно и снова упала на диван, когда мой телефон завибрировал. Я посмотрела на экран и увидела сообщение от брата.

Слэйд

Привет, сестренка. Скучаю по тебе. Я вернулся в город, но давай пока не будем говорить об этом родителям. Не хочешь поужинать?

Глаза увлажнились, пока мои пальцы зависли над экраном. Слэйд всегда был моим лучшим другом — до тех пор, пока не перестал им быть. Пока он не изменился. И я ужасно по нему скучала.

После нескольких реабилитаций я старалась не строить больших ожиданий… или хотя бы пыталась. Мои родители окончательно махнули на него рукой после последнего инцидента у нас дома год назад. Дедушка продолжал оплачивать его лечение, и мы с ним оба верили, что, даже если не знаем, чем всё закончится, нельзя прекращать пытаться. Потому что как только мы все откажемся от Слэйда, он сам откажется от себя.

Я:

Привет. Конечно. Я буду рада тебя увидеть. Может, встретимся в "Золотом гусе"?

Золотой гусь был местной забегаловкой, куда мы ходили с детства. Мы обожали их молочные коктейли и картошку фри.

Слэйд:

Я не хочу, чтобы мама и папа знали, что я здесь. Но я хочу увидеть твоё новое место. Бизнес и квартиру. Именно поэтому я приехал на выходные. Я горжусь тобой. Как насчёт взять еду на вынос?

Я смахнула слезу, скатившуюся по щеке.