— Уверен, что по массе эти ящики будут примерно одинаковые, — говорю.

— Что на это скажете? — спрашивает лейтенант. — Вы, как у вас там говорится, зуб даете, что ящики не ваши?

Все присутствующие мотают головами. Лейтенант еще немного ждет и продолжает с грустной улыбкой:

— Как знаете. Вот только доказать, что вы касались этих ящиков не так сложно, — поясняет. — Еще одно, — лейтенант обращается к перевозчикам. — Полагаю, все вы работаете в этих мастерских, раз находитесь на складе стратегической продукции? Не так ли?

Тут у начальника смены сдают нервы и он, петляя, бежит, наступая на ящики.

— Не стрелять! — командует лейтенант. — Взорвёмся! — поясняет.

Напарник, тяжело вздохнув, соглашается.

— Уйдет, сволочь, — с досадой говорит лейт. — Ладно, потом поймаем, недолго ему бегать.

— Можешь остановить, но так, чтобы не убивать? — одними губами, почти беззвучно, спрашиваю Алёну.

— Да, Виктор, — также тихо отвечает нежить.

— Делай, — шепчу ей.

Как мне кажется, девушка проворачивает уже знакомый трюк. Ей вполне хватает одного шага, чтобы добраться до начальника смены.

— Теперь с вами, — лейтенант отвлекается от сбежавшего и обращается к перевозчикам. — Протягиваем лапки.

Вытаскивает браслеты.

— Ну, и ты присоединяйся, чего стесняешься? — говорит к кладовщику.

Кладовщик судорожно осматривается, хватает взрыватель из ящика и отбегает на пару метров. Быстро достаёт из кармана ещё один накопитель и стыкует их. Всё занимает считанные мгновения.

Среагировать не успеваю.

— Не двигаться! А то взорву всех! Мне терять теперь нечего! — орёт кладовщик.

С другой стороны склада раздается дикий вопль. На секунду все машинально поворачиваются в сторону крика.

Делаю два быстрых шага в сторону кладовщика. Заметить он не успевает, Кладовщик вытягивает руку и принимает идеальную позу для броска боковым входом. И-раз. Аккуратно зажимаю кристалл, вытаскиваю его вниз и вбок, одновременно хватаю мужика за куртку в районе подмышки. Кладовщик летит на пол по неприятной для него траектории. Поворачиваюсь вокруг своей оси. И-два.

Мужик взвывает от боли. Неудивительно. Кажется, я сломал дядьке руку. Но по-другому проконтролировать взрыватель просто невозможно. Да и целостность мужика у меня в десятку приоритетов не входит.

Троица его союзников тоже не стоит без дела. В ту же секунду, как только кладовщик падает, они выхватывают жезлы молний.

Ну, это мы уже проходили.

Феофан зажигает вокруг большой радужный щит. Защита распространяется на меня и стражников. Щит принимает первый удар на себя. Хорошо, что расстояние между нами не очень большое. Фео в свое время прикрывал до шести человек, так что ему это даётся совсем несложно.

Перевозчики исступленно молотят в щит Феофана. Только это бессмысленно — жезлы не пробивают щит. Контрабандисты сбиваются в толпу, и это последнее, что они успевают сделать сознательно.

Напарник лейтенанта одним движением достает и активирует амулет. Движение занимает мгновение. Вижу, как небольшой металлический предмет смотрит в сторону перевозчиков. Человек Беннинга нажимает на спуск.

Перевозчики как один замирают и падают на землю в тех же позах. Поток магии накрывает их так быстро, что они не успевают даже повернуться.

— Кажется, мы здесь закончили, — говорит лейтенант и оглядывает склад.

Кладовщик к его разочарованию пребывает в сознании, придерживаю его под руку. Он старается не шевелиться. Ещё бы. Любое движение доставляет дикую боль. Кристалл в моей руке требовательно вибрирует.

Помощник лейтенанта кидает на меня взгляд и быстро обшаривает тела перевозчиков. После досмотра поворачивается к лейтенанту. В глазах очевидный вопрос.

— Да живы они, живы, — ворчит лейтенант. — Не смотри на меня так. Нам же нужны имена!

— Скажите, куда деть кристалл? — спрашиваю. — Он вибрирует. Сильнее, чем я когда-либо видел. Боюсь, может взорваться.

— Да? А есть возможность забрать из него магию? — интересуется лейт. — Ну, как вы, маги, это обычно делаете с накопителями?

Киваю. А что, предложение логичное. Вытягиваю магию из кристалла — из тех же точек, куда присоединялся накопитель кладовщика. Кристалл сопротивляется: все же он предназначен совсем для другого.

Все молча следят за происходящим. Фей замирает и поджимает губы.

Чувствую, как кристалл постепенно сдается.

— Ну вот, — лейтенант забирает у меня из руки опустошенный кристалл.

Его напарник заканчивает паковать в наручники перевозчиков. Они по-прежнему без сознания.

— Теперь эта штука безопасна, — замечает человек Беннинга.