Ребёнок Магдалены должен был родиться! Все ждали этого момента. И Минерва должна была защитить и Магдалену, и ребенка.

Но миссия её выполнена. Осталось не подпустить Габриеля к замку, где ждут его дочь. Минерва отступила, щетиня шерсть на загривке, но агрессии больше никак не выражала.

Гоняться за кошкой дело наблагодарное.

— Сгинь, шпионка! — крикнул он, и кошка, неожиданно, попятилась и куда-то исчезла.

Габриель с трудом сдерживал гнев и нетерпение. Минерва ещё будет путаться под ногами. Наверняка пошла к своему господину, чтобы решить, что делать с Габриелем дальше. Так убить или живым утащить в ад?

Он вышел вон, накричал на слуг, которые, казалось ему, медленно сделают коня и подают еду. На ходу перекусив, он вскочил в седло. Пусть Минерва бежит к своим хозяевам. Бороться с ней смысла нет. День клонился к вечеру и было ясно, что он может не успеть догнать Магдалену.

От ужаса, что он опоздал и ничего не сможет сделать, Габриель гнал коня вперед. Он сменил его на свежего на какой-то станции, а сам без отдыха, отправился дальше. До замка Мон-Меркури день пути. Он же должен быть там уже к этой ночи!

Он все же опоздал. Габриель почти загнал последнего коня, когда перед ним возникли башни замка Мон-Меркури. Замок казался совершенно заброшенным, но Габриель отлично знал, что жизнь в нем бьёт ключем.

Всю дорогу он молился. Молился так истово, как не молился никогда в жизни. Но все равно приехал позже. Значит, в душе его не тот свет, что поможет ему победить тьму. Одуревший от долгой гонки и молитв, Габриель с трудом понимал, что происходит. Замок как призрак мелькал в полутьме, и Габриель не мог бы сказать, действительно у замка периодически исчезает то одна, то другая башня, или это ему уже кажется.

Мост был опущен, и он спешился, отпустил почти бездыханного коня, и пошёл пешком. Никто не мешал ему идти, будто в замке его ждали. Ветер ударил в спину, подгоняя. Габриель стал читать молитву, Отче наш, но забыл слова. Он начал с начала, потом бросил, словно это было лишнее.

Двор замка был пуст, а перед отпускной решеткой стояла спиной к нему одинокая фигура. Женщина в алом платье держала на руках ребенка, девочку в черном.

— Магдалена!

Она обернулась. Лицо её было будто стеклаянным. Пустые, совершенно безумные чёрные глаза смотрели на него так, словно он вышел к ней из бездны.

— Папа! — протянула рученки Люсиль.

— Уходи, или тебя убьют. Жертва все ещё нужна, — сказала Магдалена.

У ног её возникла чёрная кошка. Она вышла из-за красных юбок и встала между нею и Габриелем.

— Мур?

Зелёные глаза смотрели на него без всякого выражения.

Он знал, на что способен этот зверь. Габриель попятился, но не отступил.

— Магдалена! Мы должны уйти отсюда!

Она покачала головой.

— Завтра День Всех Святых. День рождения Люсиль. Я дложна отдать её отцу.

— Ты не сделаешь этого!

Магдалена вдруг засмеялась.

— Я уже сделала! Ты не сможешь остановить судьбу! Дочь Люцифера отправится к своему отцу! Уходи. Или жертвой будешь ты!

И она шагнула во двор.

Габриель попытался пойти следом, но Минерва вильнула хвостом, задевая его разбитое колено. Он вздрогнул от боли.

— Пусти меня, Минерва.

— Мур!

Решетка медленно опустилась, отрезав от него Магдалену навсегда. Габриель бросился к решетке, схватился руками за железные прутья. Магдалена шла через широкий двор, унося Люсиль в ад.

Все было зря! Он проиграл простой кошке! Габриель попытался расшатать прут, чтобы схватить свою дочь и бежать с ней в лес, в горы, не разбирая пути, но железо не шелохнулось.

— Повелитель Воинств, Саваоф, — прошептал он, — вот только это имя сейчас подойдет! Помоги мне, пошли свои воинства на борьбу с великим злом!

Замок, казалось, вспыхнул, когда Магдалена дошла до середины двора. Огни в окнах заиграли разными цветами, и в окнах появились люди, которые махали флагами, приветствуя ее. Магдалена подняла над головой девочку, которая вдруг заплакала от страха.

— Нет! — закричал Габриель в отчаянии, — нет! Люсиль! Магдалена!

Но слова его потонули в реве толпы. Одна из башен вдруг вспыхнул пламенем, будто её кто-то поджег, как пучек соломы. Люди забегали, но из замка не выходили, а Габриель в ужасе смотрел, как Магдалена направилась к горящему замку. Пламя быстро распространялось, хотя никакого ветра не было. Люсиль закричала так, что Габриель услышал её в этом безумии. Он рванулся к ней, вдруг чувствуя, как поддаются ворота.

— Куда спешим? — услышал он знакомый голос.