– Его нет. Но вы так и не представились, – то, что за её спиной стояла Ольга, а где-то в доме находился сам цесаревич Дмитрий, явно придавало Насте уверенности.

– Меня зовут Аз… Александр Довлатов. Я прибыл по поручению высшего врачебного Совета. Мы занимаемся…

– Я знаю, чем вы занимаетесь, господин Довлатов, – резко прервала мужчину девушка, сложив на груди руки. – Разбираете клинические случаи и действия медицинских работников в своих кабинетах, даже не имея представления о том, что такое практическая медицина. И вашей единственной задачей является смешать с грязью и посуровее наказать любого, кто попадёт в ваши цепкие лапы.

Настя помнила, с каким трудом перенёс её отец разбирательство одного случая из своей практики и как потом долго восстанавливал пошатнувшиеся нервы и репутацию.

– Вы не правы, я всегда на стороне докторов, – покачал он головой. – Что бы вы ни думали и не слышали о нас от ваших коллег.

– Дениса Викторовича нет и сегодня не будет. Всего хорошего, – Ольга решила не оставаться в стороне и, поравнявшись с Настей, указала непрошенному гостю в сторону от ворот.

– Предупредите его, что я ещё несколько дней пробуду здесь. И мне необходимо с ним переговорить. Дело очень срочное. Простите, но разглашение невозможно, – он поднял руку, останавливая готовый сорваться вопрос. – Всего хорошего. Не буду вас больше отвлекать, – улыбнувшись и слегка склонив голову перед Ольгой, Довлатов развернулся и неторопливо удалился.

– Что это было? – прямо спросила у Насти Ольга, провожая незнакомца подозрительным взглядом.

– Кто-то явно решил утопить Дениса, натравив на него не только контроль, но и медицинский совет. Хотя я не помню, чтобы он совершал какие-то врачебные ошибки, – покачала головой Настя, задумываясь о том, к чему могут привести разбирательства. Тем более что Давыдов ещё не был полноценным врачом, а всего лишь студентом на практике даже без руководителя.

– Надо Диме рассказать. Пусть начнёт уже разбираться, за что и по какой причине на Дениса столько проблем сваливается, – проговорила Ольга, сжав кулачки.

Настя в это время подошла к калитке и приоткрыла её. Нужно было отвлечься от этого неприятного разговора, обдумывая который, девушка заметила странности в поведении Довлатова. Что-то нём было неправильное, но что именно, ответить даже самой себе она не могла. Во дворе стояла тишина. Заглянув туда, она увидела, что оба исчадия мирно сидели рядышком на земле и приглаживали шерсть и перья.

– Объясните мне, зачем вы это сделали? – задала она вопрос и пошла открывать ворота. В ответ Мурмура квохтнула и направилась к конюшне. За ней поспешил Барон, посмотрев на Настю с жалостью. Мол, о чём с дурочкой вообще разговаривать, если она ни черта не понимает?

Настя только головой покачала. Она распахнула ворота, и одновременно с этим к дому подошёл Егорыч.

– Самим придётся, – он сплюнул на землю.

– Нет уж, – Настя решительно развернулась и пошла к дому. – Сегодня Сергей дежурит. Они в Володей здоровые парни, и в больнице никто не боится этого дома. Пойду позвоню. Если они не на вызове, то помогут.

– А я пойду обрадую Диму, что нам, похоже, придётся на втором этаже пока остаться, – задумчиво проговорила Ольга, глядя вслед Насте. – Сейчас внизу будут стоять сразу два дивана и ни одной кровати. А Диме с его раной нужна именно кровать. Ну что же, начнём учиться по лестнице ходить. И, надеюсь, Денис с Настей сумеют в одной комнате ужиться. Это, конечно, даже звучит очень неприлично, но. что поделать. Мы не можем рисковать, укладывая Диму на неудобное ложе.

***

Мне удалось поспать в машине на обратном пути. Дмитрий меня не тревожил, и возле дома я уже чувствовал себя практически выспавшимся.

Махнув рукой водителю, направился к воротам, но, не дойдя пяти шагов, остановился, разглядывая примятую траву, на которой отчётливо были видны бурые пятна. Что здесь произошло? Присев перед подозрительными пятнами, я сорвал несколько травинок и поднёс к носу. Едва уловимый запах серы заставил резко выпрямиться. Демоны? Здесь были демоны?!

Все мрачные мысли, неуместные самокопания и рассуждения на тему «есть ли у меня душа», сразу же улетучились. Вскочив, я бросился к воротам. Как же так, вашу мать?! Я что, зря дом обносил демоническими ловушками?

По двору вышагивала Мурмура. Приглядевшись, я увидел, что у неё явный недостаток перьев. Это что же получается? Ночью и утром, когда мне было так хреново, я мог чувствовать боль своего фамильяра, но принял её за собственные метания? Похоже на то.

– Что здесь произошло? – я схватил заоравшую курицу и поднёс её к лицу. – Что у вас произошло?!

Курица прекратила орать и моргнула, а потом уставилась мне в глаза своими чёрными злобными бусинами. И я уже не мог оторвать от них взгляд, проваливаясь всё глубже и глубже…

Вынырнув из чего-то жутко похожего на воспоминания Мурмуры, я выпустил её из рук, за что ощутимо получил клювом по голени. Помотав головой, пришёл в себя и посмотрел на курицу, чуть прищурившись.

– Я, конечно, знал, что ты способна отмудохать любую Адскую тварь, – проговорил задумчиво. – Ты специально не дала этому тупорезу войти, чтобы он не застрял в демонской ловушке, вызвав кучу ненужных вопросов? Заметь, про Барона я не спрашиваю. Думаю, он с радостью напал на демона. Этот котяра и меня бы с удовольствием растерзал, но мы успели заключить сделку.