Октавия кивнула и сосредоточилась, а через несколько минут сказала:

Макс. Похоже, это правда, я. Я почти не верю в то, что это произошло так быстро, но как будто бы у меня получилось направить поток энергии. Я совершенно точно это почувствовала. Смотри сам.

Она вернула мне перстень, и теперь и мне стало очевидно, что его только что коснулась чужая энергия.

Я вновь надел его на палец и сказал:

— Так. А теперь нужно все как следует проверить. Для начала, я проведу собственное обследование, просканирую твою энергосистему.

— Прямо сейчас? — удивилась она, — мы же не закончили расчёты с потоками.

— Расчёты никуда не убегут, — твёрдо ответил я ей, — а вот с твоим состоянием нужно разобраться как можно быстрее.

— Спасибо, Макс, — кивнула она и расслабилась.

Я положил руку одну руку ей на плечо, другую на затылок и начал сканирование. Я хорошо помнил, то что чувствовал в прошлый раз при такой проверке и там не было совершенно никакого отклика. Ощущение было похоже на то, как если бы я сканировал неодарённого.

Её энергосистема спала, и никакая магия в ней не проявлялась и близко. Но сейчас я почувствовал очень слабую пульсацию в источнике. Еле заметную, но главное, что она была. Октавии не показалось.

Похоже, что её источник действительно начал просыпаться. Я перепроверил все несколько раз, но теперь был полностью уверен.

А значит, нужно срочно вести её на новое обследование и вновь привлекать к делу Вийонов.

Пока её магия спала, они мало что могли сделать, но теперь, когда он подал признаки жизни, они смогут подобрать множество видов терапии и реабилитации.

Кроме того, необходимо понять, насколько стабильно её состояние.

У меня уже было предположение, что с ней произошло. Точнее, почему. Источник ожил именно сейчас.

Возможно, дело в том, что последние несколько часов она провела прямо на стыке крупных магических линий. Вполне вероятно, что хотя Октавия и не могла этого почувствовать, но все равно получала большую дозу чистой природной магии, и именно это повлияло на её источник.

Кроме того, в пользу этой версии говорило ещё кое-что, что я обнаружил в её организме.

Любой маг, не обладающий даром некроманта, уже давно был так или иначе заражён скверной.

Я не встречал ни одного даже слабого мага, которого бы это не коснулось. У них у всех внутри формировался кристалл скверны. Энергосистема каждого проходила через небольшие мутации, становясь чуть более похожей на энергосистему монстров очага.

Именно это поразило меня впервые, когда я очнулся. Нынешние маги и монстры скверны не так сильно отличались друг от друга.

Был такой кристалл и у Октавии, несмотря на то, что в ней жили зачатки дара некроманта. Но так как она этого не знала и не пользовалась этой магией сознательно, то всё равно получила свою дозу изменений. С этим были связаны ее мучительные боли, когда мы впервые познакомились.

Но сейчас ведьмочка словно очистилась полностью.

Её энергосистема стала чистой, как у младенца. Я не нашёл никаких следов того кристалла. И, вполне возможно, что именно благодаря этому природная магия так сильно повлияла на её восстановление.

Но пока я не был полностью в этом уверен, и следовало лучше изучить вопрос, а также провести ещё несколько экспериментов.

Но то что ёё источник дал о себе знать — это уже очень хорошая новость.

Был и ещё один вопрос, который меня волновал. Я спросил:

— Октавия, ты понимаешь, какой именно дар к тебе вернулся?

Она задумалась, сосредоточилась и даже нахмурилась.

На её прелестной физиономии отобразились все следы трудного внутреннего анализа.

Но, в конце концов, она расстроенно ответила:

— Нет, боюсь, что я не могу этого понять. Во мне слишком мало энергии, она словно плещется на донышке, не позволяя мне полноценно к ней прикоснуться.

Я кивнул.

— Что ж, это ожидаемо. Ну, будем надеяться, что скоро мы это выясним. Поехали, — сказал я ей и потянул за собой в сторону парковки.

Туда где всегда меня ждал верный химеромобиль. Мы поехали к Вийонам.

— Чот я очкую, Фил. Ты в натуре уверен, что Фред нас послушает?

— Да не очкуй! Конечно, уверен! Ты чё не видел как с ним Игнат базарит!

Рассуждая подобным образом, братюни шли туда, где собирались добыть помощника для своего дела. Точнее ультимативный аргумент.

Фред, хотя и был нарасхват, но теперь чаще всего, находился в конюшне и иногда в кафе академии.

Все дело в том, что Ольга совершенно не желала отказываться от услуг своего любимого повара, и она буквально вырвала Фреда из цепких лап Игната, который всегда был не прочь взять на стройку ещё одно умертвие, особенно такое сильное и умное, как Фред. Тем более в периоды, когда рабочих рук катастрофически не хватало. А, значит, практически всегда.