— Горемычные мои, — увещевал чернявый. — А если чё случилося бы? Да я бы поседел! А мне знаете ли цвет седой не к морде…

Наша пострадавшая коалиция только переглянулась улыбнувшись, и сделали еще по глоточку чая. Как только Инногентий отвлёкся и вышел во двор за новой вязанкой дров, подал голос Тимошка, который все это время молчал.

— Вот и проснулась ведьмовская сила, Марья. Теперь-то ты стала полноценной частью нашего мира, — то ли похвалил, то ли принес соболезнования дед. — Что-то изменилось?

Вот пока он не сказал, об этом даже мысли нормально в рядочек не укладывались, а теперь…

— Иван, а мы ж с тобой уже встречались? — зачем-то спросила у спасенного.

Он с секунду не отрываясь смотрел мне в глаза, но кивнул подтверждая, что всплывшие воспоминания правдивы. Это он — первая любовь, что вытравлена была из моего сознания.

— Они хотели как лучше, — признался дедуля.

Точно. Уже сейчас я поняла, что чувства к инквизитору преступны для ведьмы. Скорее всего бабуля постаралась, чтобы их и не было. Честно ли? Конечно, нет. Но, возможно, так было суждено.

— Теперь пойдешь замуж за меня? — зачем-то спросил Иван.

— Нет.

Повисла тишина, и даже Кеша с вязанкой дров замер у двери.

— Как же так?

— Одно дело, что меня, считай подростка заставили забыть о девичьей первой влюбленности. Оно было на благо. Но совсем другое, что тебе только жизнь моя нужна была.

Пазл выстроился, и обида сдавливала грудь.

— Ты была юна. Девичьи влюбленности взрослыми обычно не заметны. Мы слишком долго враждовали с родом твоим. Жертвы были по обе стороны. Твоя давняя предшественница прокляла меня, обрекая на вечные муки скитаний. И так до тех пор, пока жив хоть один из рода Болотовых. Да вот только она не оставила и вас уязвимыми, а выровняла шансы. Проклятие делало меня смертным рядом с любой из вас.

— Мы не можем быть вместе потому, что рожденный мальчик у вас становится следующей гончей за ведьмой, а в нашем роду почти каждая девочка — ведьма. В одной семье не могут быть охотник и жертва, — грустно заключила я.

Пора взрослеть и видеть мир таким, каков он есть. Не суждено и «точка».

— У нас будет достаточно времени, чтобы во всем разобраться.

Будет. Но не факт.

Ярко светило солнце, сентябрьский легкий ветерок шевелил волосы. Я поправила солнцезащитные очки и засмотрелась в окно кафетерия, где так полюбила бывать за последние месяцы проживания в столице.

Деревенские каникулы на период бабулиного отпуска еще долго меня не преследовали, но уже понемногу отпускали.

Тогда после спасения Ивана, я просто собрала на утро пожитки, пока обеспокоенный Кеша доводил своего подопечного до полного восстановления. А на утро я уехала. Рано, чтобы никто не видел и не смог остановить.

— Ваш «лавандовый Раф», — улыбнулась бариста и протянула мне две чашечки кофе.

— Спасибо.

Прекрасное утро в шумной столице…

— Эх, не понимаю, и что ты находишь в этой суете? — ко мне подсела девушка в шляпке с широкими полями и косухе поверх простого шифонового платьица.

— Алён, мы с тобой это уже обсуждали. Перспективы здесь есть. Вот откроем с тобой агентство и заживем как люди, — в сотый раз разжевывала я подруге.

Собеседница сняла шляпку, и ветер подхватил ее длинные распущенные волосы.

Да, в то раннее утро на автостанции я встретила Аленушку и братца. После того как он перестал бродить по сказочным деревенским кабакам вдруг решил, что его призвание помогать людям и решил устроиться в городе на работу. Ну а куда ж без сестрицы? Правильно — никуда. Так и очутились мы втроем в шумном мегаполисе.

Иванушка, конечно, быстро устроился на СТО и понял, что у него страсть к копательству во внутреннем мире авто, а мы решили открыть свое брачное агентство.

В нашем мире у людей зачастую нет просто времени на устройство личной жизни, в этом-то мы и собрались им помогать.

— Риелтор на сколько назначил время? — перешла на деловой тон подруга.

— На девять. Сразу поедем офис смотреть. Это почти центр. Здание не новое, но район благоустроенный. Поблизости как раз бизнес-центры и новый жилищный район будет строиться. Это как раз в одной станции метро от сюда.

Аленка кивнула и принялась что-то записывать в своем ежедневнике.

— А кто сдает?

— Не знаю. Говорят, была квартира когда-то, но уже лет пятьдесят там никто не жил. Вот владелец и продает, но готов обсудить и условия аренды. Если дела пойдут в гору, то просто выкупим.

— Так и представляю старческий затхлый запах… — скептически заметила девушка, морщась.

— Ничего, проветрим и сделаем ремонт. Копеечная цена, хороший район. Все равно большее и лучшее мы не потянем пока что.