— Наше, — поправил Война, считая, что обе Марены достойно заняли пост ушедших в мир иной. — Но суть уяснила верно.

— Что же должно случиться?! — задумчиво протянула Витторина, краем уха вслушиваясь в разговор. — Нечто серьезное?

— Как знать, — Война осклабился. — Что важнее жизнь или смерть?

— Время, — Соколова лениво перевела взгляд на него.

— Верно, — он согласно кивнул. — Я к тому, что люди придают своей жизни какой-то смысл, но есть ли он? Так ли велик или ничтожен в сравнении с временем?

— Нападение извне… стоит ли их ждать? — вдруг перевел тему разговора Всадник Смерть.

— Я тоже об этом думала, — признала Вита. — Может быть стоит напасть? Наши силы позволяют, а нападать всегда выгоднее, нежели обороняться.

— Война покажет, — негласный предводитель чуть склонил голову. — В любом случае, этого не избежать, а значит нужно будет решать, что с этим делать.

Витторина покачала головой и уточнила:

— А эти? Как они пошли на такое?

— Сброд, — сплюнул Смерть и повернул к ней свои глазницы. — Жалкие, алчные людишки, которые желают дорваться до власти и богатства. Видения несмотря на идею свободы и вседозволенности, готовы подчиняться сильнейшему и выслуживаться перед ним. Они только в теории крутые. Они думают, что их преданность чего-то стоит.

— Преданность не нужна этому миру? — Марта изобразила удивление.

— Нужна, — Война откинул голову назад, вглядываясь в звездное небо. — Но не в этом случае. В этом войске каждый сам по себе. Их объединяет лишь общая цель. Они слабы, но их много. Поэтому и мрут пачками. Сама вспомни, — он повернулся к Вите. — Когда большая кучность легче косить. А им и в голову не приходит, что проще отступить и встать не так плотно, рассредоточиться. Им также не приходит в голову навалиться кучей и просто задавить количеством. Не-е-ет. Они не понимают, что перед тобой проще было преклонить колено, нежели ввязываться в неравный бой. Как думаешь, муженек твой в бешенстве? Вряд ли он пережил твой уход. Как думаешь?

— Думаю, что нам нужно сконцентрировать свои силы на подтягивании наших бойцов как можно ближе к куполу Барьера, — холодно сказала. — Первый Барьер я смогу убрать. Над вторым придется покорпеть. И когда он падет, все наши должны сразу пойти в бой. У Академии тогда не будет шансов, они будут ограничены в выборе оружия и радиусе поражения. А в рукопашной драке у них не будет шансов.

Они договорились. Всадник Смерть отдал первые указания, заставляя бойцов приблизиться к Барьеру. Отряды двигались неохотно, сказывалась усталость, отравления и другие внутренние невзгоды. Даже большие дозы СБДМ не помогали, многие терялись в иллюзиях, созданных психотропом.

Витторина перевела взгляд на одну из башен Академии, гадая чем же сейчас занят Мстислав. «Надеюсь, ты все понял», — подумала она и поспешно отогнала посторонние мысли. Скоро закончится война.

Первый купол Барьера был разрезан изящным движением и Витторина с милой улыбкой, пропустила вперед себя Войну и Смерть, оставшись с Мартой чуть позади. Госпожа Время усмехнулась, играя своими способностями. Мстислав отдавал последние указания выстроившимся Оскарам и предводителям. Они готовились отразить первую атаку. У них было время. В отличии от противника, который все никак не мог весь зайти за второй купол Барьера и приблизиться к основному. Редкие снайперские выстрелы выкашивали особо рьяных, но ответа не следовало.

Живот несколько тянуло. Витторина изо всех сил удерживала Импульсом самое дорогое, что могло быть сейчас в ее жизни, располагать сведениями, что обормотень знает ее сокровенный секрет.

Отряды подтягивались, предвкушая последнюю битву. Всадник Войны с интересом рассматривал светящуюся стену Барьера, у которой они собирались.

Пристегнув ремень безопасности, Мстислав прикрыл глаза и сложив перед собой руки в молитвенном жесте, продекламировал:

— Иже еси на небеси, да светится имя твое, да приидет…стой-стой-стой! Я еще молитву всю не прочитал, — мужчина рассмеялся, глядя на возмущенное выражение лица своей супруги.

— Да нормально я вожу, нормально, — огрызнулась Витторина.

— Конечно, дорогая, — он улыбнулся. — Ну что, вопрос на миллион — мы успеем или нет?

— Ну раз ты пристегнулся и начал молитву, то точно успеем, — хмыкнула девушка, выезжая из гаража. — И вообще, почему мы едем на твоей машине?

— Хочу, чтобы твоя подольше была живой и невредимой, — Мстислав снова рассмеялся. — Ладно-ладно, шутки в сторону.

— Я бы поугражала загсом, но мы уже расписаны, — Вита посмотрела в зеркало заднего вида.

— Что? Думаешь кто-то обгонять будет?! Не надейся, девочка моя. Таких самоубийц нет.

— Ты сегодня вызываешь во мне желание подпортить тебе немного настроение, — она перевела любящий взгляд на мужа.