— Ты ее отправила на два месяца обучения и полгода стажировки, — Мстислав убрал длинные волосы с плеча жены и поцеловал.

— Мур, — Вита запрокинула голову ещё больше обнажая шею.

— И все-таки месть, — Мстислав усмехнулся, коснувшись пальцами плеча жены. — Гуманная за твой разбитый бампер.

Отец громко рассмеялся, мысленно радуясь, что несчастная отделалась такой легкой местью, ведь машина для Витторины — неприкасаемое и святое, за нее вполне реально и убить могли…возможно даже детей.

— Вита, ты чудесна.

Мстислав был согласен с мнением отца — Вита действительно чудесна. Он никогда не боялся ее, не воспринимал как Смерть. Единственная женщина в его жизни, которая умудрилась растопить его сердце. Она любила его, искренне, всей душой и это было взаимно. Если бы она только попросила, он положил бы к ее ногам весь мир.

Он вдруг со смехом вспомнил удивительный момент в их жизни. Витторина удивленно повернула голову и заметив золотистые глаза мужа, вместе с ним погрузилась в Катарсис.

Смерть моргнула и вновь провалилась в Катарсис, лишь отметив, что уже находится в кабинете Влада в крио-камере.

Работы было еще очень и очень много. Но жизнь налаживалась. Как ни удивительно, Шархан продолжал наслаждаться управлением, контролируя все происходящее в стране. Лаборатория и научный отдел сделала внушительный рывок — Оскары лишь меньшее из последних разработок. Витторина заканчивала работу над новым альбомом, дописывая текст и лениво подбирая рифы на гитаре. Пока дети гуляли с дедушкой, пара могла быстро доделать текущие дела.

— Шархан, к Вам пришли, — раздалось в динамике голос одного из сотрудников Академии.

— Я занят, — отрезал предводитель теперь уже Братского Союза.

— Тут…кхм… — голос в динамике откашлялся и неловко, переходя на шепот, доложил. — К Вам девушка и она утверждает, что беременна…и Вы отец ребенка.

Мстислав удивленно вскинул голову вместе с женой, заметив в ее фиалковой радужке первые тревожные звоночки.

— Пусть проходит, — распорядился мужчина. Сейчас его интриговало лишь одно — кто эта самоубийца и убьет ли ее Витторина.

Фиалковые глаза медленно осмотрели Мстислава с ног до головы. Внешне ничего не изменилось, Витторина даже бровью не повела. Что ж, она могла быть уверена в своем муже — он никогда даже не допускал в своих мыслях других женщин, а уж чтобы от него кто-то «залетел»…

В комнату прошла женщина. Вита сразу отметила, что та старше ее лет на пять. Судя по большому животу, срок уже приличный, месяц седьмой-восьмой.

— Солнце мое, любимый, — заискивающе улыбаясь, женщина распахнула объятия, бросаясь к Мстиславу.

— Мы знакомы? — он тактично зашел за стол, увеличивая дистанцию и мысленно лишь молясь за самообладание своей жены, чтобы та случайно что-нибудь не разнесла. История с разбитым «Шудатти» не давала повода для расслабления.

— Ты не помнишь? Мы же с тобой познакомились на конференции в США. Ты же умолял меня вернуться. Ты же понимаешь, я должна быть рядом, наши зубные щетки должны встать в один стаканчик.

— Боюсь, еще одно слово и зубная щетка тебе не понадобится, — Мстислав бросил задумчивый взгляд на жену, которая невольно улыбнулась, но в разговор не вмешивалась, позволяя мужу разрулить ситуацию.

А все оказалось просто. Когда-то Елена покинула Россию, став гражданкой Соединенных Штатов Америки, но после залета и неудачного развода, в котором лишилась всего, решила рискнуть. Так она придумала историю, что беременна от самого Шархана и приехала «бороться» за свое счастье. Кстати, ей повезло, ведь после этой попытки «борьбы за счастье» ее всего лишь вернули в Америку и навсегда закрыли въезд на Родину.

— А я уж думала, стоит ли мне ревновать, — Витторина улыбнулась, закидывая ноги на спинку дивана. — Она была так убедительна.

— Чувствую распространение повышенного радиационного фона сарказма, — он поморщился. — Ты же знаешь, что я весь твой.

— Весь-весь? — она улыбнулась.

— Весь-весь, — Шархан отложил бумаги и бросил быстрый взгляд на жену. — Я тебя очень люблю!

— Я знаю, — подумав, девушка поднялась и приблизившись к мужу, нежно поцеловала его. — И я тебя люблю.