Он не мог заметить, как Смерть сместила центр тяжести готовясь напасть.

— Не смей! — окрик Беркутов был яростным. — Соколова, не смей!

Он на секунду почувствовал себя беспомощным. Дикий хохот кого-то из Всадников Апокалипсиса привёл оборотня в ярость. Обернувшись, он со всего маха врезался в стену клетки. Прутья жалобно взвыли, деформировались, но выдержали.

Пользуясь заминкой, Матвей создал Резонанс и выбил замок. Он не успел даже дверь открыть, а Витторина была уже на свободе сея страх, панику и смерть. Трое свалились с разорванным горлом даже не успев понять откуда «счастье прилетело». Впрочем, Рустем не отставал — с четвёртого удара ему удалось сломать клетку и вырваться на свободу. Острые зубы оборотня рвали нападавших, не видя преград.

В ужасе противник бежал, оставив компанию в тишине среди кровавых ошмётков. Вернув себе человеческий облик, Рустем глазами выискивал Витторину, его доброго монстрика Франкенштейна, вампиреныша.

— Ну вот и порядок, — Матвей отряхнул ладони и повернулся спиной к маме, желая что-то сообщить друзьям. И это было роковой ошибкой! Нельзя поворачиваться спиной к хищнику.

Все произошло практически мгновенно. Витторина молнией метнулась вперёд, целясь в горло собственному сыну. Оборотень успел опередить женщину, закрыв подростка собой. Острые зубы впились в плечо Беркутова. Матвей запоздало обернулся и с ужасом посмотрел на маму.

— Все в порядке, — ласково поглаживая Марену по голове, Рустем тепло улыбался будто не чувствуя боли. — Матвей, ты всегда к хищникам поворачиваешься спиной? — тихо уточнил он.

— Я шуть зубы не сломафа, — пожаловалась Витторина, приходя в себя, но продолжая пить кровь друга.

— Извини, — покаялся оборотень. — Все в порядке?!

— Шуть, шуть.

— Не понял.

Она закатила фиалковые глаза и сделав последний глоток, сообщила:

— Говорю валить надо.

Спорить никто не стал.

— Чего? — Смерть обернулась к оборотню. — Не поняла твою мысль.

Рустем тяжело вздохнул и закатив глаза сообщил:

— Я думаю, умная женщина рядом с сильным умным мужчиной — это трындец какое опасное сочетание. Такую пару даже ядерной бомбой не прошибешь.

Витторина на секунду зависла, а потом звонко рассмеялась.

— Но на повестке дня вопрос — я голодна, — вампирша облизнулась, остальные вздрогнули. Анечка хихикнула прикрыв ладошкой рот.

— До населенного пункта далеко?

— Не особо, — Нюд пожал плечами. — Правда я бы предложил бы рискнуть и телепортнуться от греха подальше.

— Я помогу, — Вита кивнула.

— Лично меня эта фраза пугает, особенно в твоём исполнении. Но в моем личном рейтинге она занимает лишь третье место, — Рустем взъерошил женщину волосы.

— А на первом? — заинтересовался Матвей.

Рустем со значением посмотрел на женщину и она, тяжело вздохнув, ответила:

— Я так хочу. На втором месте правда идёт фраза «сейчас решу».

— Но она уступает Шархановскому «Ша, сейчас все решу», — весело поддержала Анечка.

— Веселые вы люди, — некромаг поморщился.

— Лихие мы парни, — улыбнулась Витторина и начала помогать готовить пентаграмма для телепортации.

Спустя пару часов возникла новая проблема. Вся компания успешно телепортировалась, но вампирский голод сказался на всех, бурля гормонами, особенно на мужчин. То и дело беглый взгляд бросали на Витторину, у которой декольте все же было самым соблазнительным. Да и феромоны исходящие от вампирши почти сносили голову, заставляя желать женщину. Витторина также терялась от голода, все время чувствуя запах крови. Не спасал даже респиратор.

— Привал, — скомандовал Рустем и группа устало остановилась. — Ты со мной, на охоту, — строго произнес оборотень и схватив вампиршу за руку, уверенно повел за собой.

Они отошли на некоторое расстояние. Заприметив вход в небольшую пещеру около водного источника, Рустем потянул женщину за собой.

— Прости меня. Это вынужденная мера, — он стянул с себя футболку.

Взгляд Витторины скользнул по его обнаженному торсу, а в глазах вспыхнула едва контролируемая страсть.

— За что ты просишь прощения? — она облизала сухие губы. Думалось с трудом.

— За это.

Он прижал ее всем телом к прохладной стене пещеры. Ладонь правой руки сомкнулась на ее шее, чуть придушив; в то время как вторая ладонь легла на бедро девушке. В эту же секунду, Рустем высвободил свои способности — животный магнетизм. Девушка задрожала. Ее фиалковые глаза на некоторое время закрылись. Беркутов обнял ее, гася спазмы оргазмов своим телом. Но вампирский голод давал о себе знать. Она хотела еще. И он с легкостью выполнил ее желание, зная, что так будет лучше для нее самой. Он держал ее крепко в своих объятиях, полностью контролируя ситуацию. Спустя только полчаса, женщина стала отходить от потрясения, глаза подернулись сонной пеленой. Завернув Виту в спальник и аккуратно прислонив к дереву, мужчина быстро разделся и нырнул в ледяную воду. Ему нужно было прийти в себя, чтобы не натворить глупостей. Он страстно желал ее, но не собирался пересекать черту вседозволенности, ибо уважал и Мстислава, и Витторину. Он ни за что бы не воспользовался ситуацией. Но зверь внутри него уговаривал поступиться принципами. Холодная вода отрезвляла, убивая возбуждение на корню.