В воспоминаниях снова мелькнула та страшная сцена — окровавленное тело возлюбленной, Мстислав сидит на коленях перед ней и страшный крик. Он не помнил больше ни одного момента, когда бы плакал. И Шархан…Шархан всю жизнь был сильный. Но тот день сломал его. Бывший предводитель Братского Союза и основатель Академии Лемур просто не смог находиться там, не смог смириться…да и не захотел.

Беркутов с распростертыми объятиями принял друга, даже не представляя какую боль тот испытывал. Все тлен.

И лишь Макс, всегда настроенный позитивно, с нетерпением ждал возвращения своего учителя, ни на секунду не допуская иного развития событий. Он знал — Витторина вернется. Всегда возвращалась и в этот раз не будет исключением. Макс оставался спокойным и уверенным, будто замер перед решительным броском. Всегда следил за машиной Марены, проверял настройку ее музыкального оборудования, чаще других связывался с ее сыновьями… Глеб погиб — стечение печальных обстоятельств. Увы, но именно Бессмертные-младшие стали первыми мишенями во всей этой цепочке, именно на них велась охота. Глеб не смог противостоять, а Матвей оказался более живучим, и даже завел свою семью, пытаясь вести нормальный образ жизни. Его жена не обладала никакими магическими способностями — обычная смертная женщина, родившая сына. Макс любил с ними общаться, но жена Матвея оказалась категорически против, аргументируя это тем, что любое упоминание Марены несет за собой последствия и даже смерть.

Вот и сейчас, когда девочка с геном Мары была найдена, Макс терпеливо ждал…и видел. Видел куда больше, чем отчаявшийся Рустем. Он видел, как в Нике проявляются странные черты и повадки, случайно брошенное слово или жест. Этого было достаточно, чтобы он мог точно определиться — Витторина вернулась, но требуется еще время. Но Госпожа Время всегда была благосклонная к Смерти.

Совет был собран экстренно, как только новоявленная Марена уснула. На повестке дня всего один вопрос: «А делать-то что?». За столько лет страх перед Марами никуда не делся, напротив, закрепился записавшись где-то на подкорке. Предложений озвучивал массу. Пожалуй, опасения не выражали лишь те, кто лично сталкивался с одной из них, а конкретнее с Мартой или Витой. Но и тут все было непросто. Никто не мог знать наверняка — вернется ли Вторая Смерть, не окажется ли девочка Ника опасной для общества, как скоро за ней придут другие…вопросы копились, а ответов не намечалось.

— Решение таково, — Беркутов спокойно скрестил на груди руки. — Ей всего пятнадцать. Походит немного в школу, появятся друзья. Главное не нагнетать обстановку вокруг нее. Импульс и какая другая магия, и никто из нас уже спешить никуда не будет. Кстати, как узнали о том, что кто-то завладел артефактом.

— Я узнал, — Макс пожал плечами. — Образ был и наяву два момента сбылось сразу. И третий была Коса. Ника сказала, что Коса сама ее призвала, она видела Мару, а потом мы ее нашли. То есть кто-то нас навел на это. Я бы имел смелость предположить, что либо Витторина, либо Марта дали знак, слишком быстро мы об этом узнали, а это не случайно. Если бы девочкой руководила другая Мара вряд ли бы она пошла за нами. У Ники амнезия, она не помнит своего прошлого. Стая Валеры пробила инфу, ничего особенного. Обычный ничем непримечательный ребенок.

Обсудив еще ряд вопросов по стае и деревне, Рустем вернулся в дом. Девушка тихо посапывала. Плюхнувшись на диван и закинув за голову руки, оборотень смотрел в потолок, продолжая анализировать. Но как он не старался, а это был совершенно другой человек. В ней не было Витторины и это морально убивало. Милая Смерть…шебутная. Тем зажмурился. Самый страшный день — ее смерть. Никто не мог и предположить, что все случится так нелепо. Сколько боли и непонимания. Марта позже рассказала, что Вита знала. Знала и все равно шла на верную смерть. Это была плата за войну, за Андеграунд, за Братский Союз, за светлое будущее. И что? Где все то, что было построено с таким трудом? Развалилось в одночасье. Потрясающее общество, которое старательно создавалось, не смогло продолжить традиции и очень быстро скатилось. По странному стечению обстоятельств Кронос перестал действовать.

Так и не сумев уснуть, Беркутов скрылся на кухне. Приготовив девочке (увы, он воспринимал ее именно как ребенка) в школу обед, мужчина задумчиво попивал чай, просматривая отчеты. Договориться не составило проблем, Нику записали в ту самую школу, которую восстановила некогда Витторина Соколова, в класс с оборотнями, одним вампиром и простыми детьми.

Витторина…от боли хотелось выть и все крушить. Столько лет прошло, но боль не ослабевала. Говорят время лечит…это вранье. Оно лишь заставляет нас забыть о том, что такое настоящее горе. Просто пустота, куда уходит жизнь и от которой не спасают никакие напитки. Ну или почти никакие… Как и раньше, на краю сознания что-то еле слышно скулило — программа счастья. Время не лечит, а калечит. Что оно лечит?

— Имею ли я право на человеческое бытие? А может ли время вообще лечить? — прошептал Рустем.

Попытавшись собраться разбежавшиеся мысли, оборотень еще раз проверил отчет. Бизнес развивался, хотя и появлялись некоторые проблемы.

— Доброе утро, — Ника робко прошла на кухню.

— Доброе. Садись, завтракать будем, — спокойно сказал он, мельком взглянув на часы. Так и есть, ночь пролетела незаметно. За всеми своими печальными мыслями, оборотень даже не услышал, как девочка проснулась. «Нужно быть внимательнее», — печально мысленно заметил Рустем и задумался, а может ли слышать его мысли Ника, как когда-то это делала Витторина.

— Тем…можно вопрос? — она снова покраснела. Почему-то это не вызывало у оборотня никаких эмоций. Он видел реакцию девчонки на него, понимал, что нравится, но ничего не чувствовал, кроме резких всплесков раздражения.

— Можно, — он мысленно досчитал до десяти, признавая, что ребенок ни в чем не виноват.

— У тебя…вас…есть девушка? — она выпалила свой вопрос как на исповеди.

— Я не в отношениях, — он чуть не рассмеялся, когда заметил, как заблестели от счастья ее глаза. Можно подумать у нее были шансы у маленькой девочки и взрослого мужчины. Но вспомнив, что она имеет геном Смерти, Тем понял, что в случае чего она всегда может заставить. Может, если научится пользоваться своей силой.