— Пожалуйста, — вдруг смягчилась она. — Я не могу жить в неведении.

Ее глаза заблестели от накатывающих слез.

— Я…боюсь за него. Я не смогу жить без него, — она заплакала и Рустем сам не заметил, как привлек ее в свои объятия. — Никакие деньги не вернут мне его.

— У тебя есть все в жизни…

— Мне ничего не нужно, если его не будет. Все, что у меня есть, лишь заслуга Мстислава. Мне ничего не нужно…понимаешь? Ничего. Я не хочу без него.

Женские слезы — страшная сила. Хорошо, уговорила. Я даю слово, что буду сам тебя оповещать и в случае чего лично подкину до Академии. Не могу же я другу позволить погибнуть, а то головная боль в виде тебя останется со мной навсегда.

Он улыбался, а в глазах плясали чертики.

Ты шустрая. Еще и под снотворным. Ты большая молодец. Волнуешься за своего мужа, заботливая женщина. Дэн рассказывал, что ты позаботилась о нем пока меня не было. Не бойся, я не оставлю тебя одну с твоими проблемами. Я смогу все решить.

— Ты не обязан этого делать.

— Не обязан, — он согласно кивнул. — Но я обещал и я мужчина. Попробуй довериться.

Она зябко повела плечами, чувствуя, как замерзает.

— Возвращаемся, садись ко мне на спину.

Рустем потянулся и его тело преобразовалось в волка. Витторина легко запрыгнула к нему на спину и крепко ухватилась за загривок. Зверь рванул вперед. Они летели в темноте, ловко обходя преграды в виде деревьев. Теплая серебристая шерсть приятно согревала, окутывая, будто принимая в свои объятия.

Ты меня так слышишь?

— Да.

Жаль. Я надеялся, что хотя бы в этом состоянии мои мысли останутся только при мне.

— Почему ты скрыл в деревне… — она задумалась, прикидывая как сформулировать вопрос, но мужчина ее понял. Тихо рыкнув, он ускорился. Большое ухо дрогнуло, чуть повернувшись в сторону девушки.

Я просто никому не доверяю. Да и объяснять долго кто, кого и где встретил, забрал. Да и Дэн мне как младший брат. На данный момент времени только он моя семья.

А про Мстислава я обычно не распространяюсь, поскольку знаю специфику работы. Одно неаккуратное слово — и проблем не оберемся.

— Почему здесь такое отношение к женщинам?

Я вряд ли смогу тебе ответить на этот вопрос, это было еще задолго до меня. Можно сказать, исторически сложилось. Просто ими помыкали, а те не сопротивлялись. С одной стороны женщин не принято обижать, ведь они слабые и беззащитные, и мужчины служат им опорой. С другой их настолько загнобили, что они стали непривлекательны и мужчины не признают, что сами спровоцировали это все. Ты белая ворона в нашей деревне. История с погребением… Все в шоке. Мало того, что это единственный случай нападения на девушку, причем в таком жестоком ключе. Мне жаль, что ты с этим столкнулась. Сегодня утром будет встреча стаи, с Федором разберутся.

— Это ерунда, — вздохнула она.

Анюта…кто она?

— Мой друг. К сожалению, она умерла и ни я, ни Мстислав не смогли ничего сделать. Пьяные ребята изнасиловали, а потом убили, — Витторина задумалась. — Я себя никогда не прощу… Меня не было рядом, когда ей требовалась моя помощь.

Это ужасно… И много подобного в твоей жизни происходило, малыш?

— Достаточно. Не стоит думать, что я живу лакшери. Самое дорогое приобретение — машина и гитара.

И на чем ездишь?

— «Актон Мастрон». До этого «Оникс». Пока Мстислав был в коме, брала его тачку.

Хм, интересно. А вмятина на «Райене» случайно не твоих рук дел?!.. Чувствую, что твоих, маленький монстрик Франкенштейн.

— О чем ты? — Витторина пожала плечами, будто не понимала о чем и о ком идет речь.

Да какая-то ненормальная капот разнесла на автомобиле Казимира Мирославовича. Мы иногда созванивались с Мстиславом и он рассказывал изредка какие-то приколы.

— Это была я, — девушка закатила глаза. — Битой.

Да ты вандалка.

Волк фыркнул, будто усмехнулся и перед самым домом аккуратно уронил девушку в сугроб.

— С мягкой посадкой, — иронично заметил он, уже в человеческом облике и почти сразу в лоб получил снежком. А девочка с характером. Оборотень попробовал поднять Смерть на ноги, но она оказала сопротивление, не желая принимать помощь. Хотя и не слишком всерьез.

Вытащив из сугроба упирающуюся Витторину, Рустем закинул ее на плечо и потащил в дом. Там, посадив на диван в гостиной, мужчина ловко завернул девушку в одеяло и смог завязать садистский бантик пледом.

— Теперь понятно почему у тебя нет девушки, — хихикнула она.

— Так, вводная. Я сейчас на собрание, а ты можешь не покидать пределы деревни?

— То есть по деревне погулять можно!?

— Можно. Но помни о нашем уговоре.

— Обормотень держит свое слово?

— Также, как и малыш Франкенштейн, — усмехнулся он и убежал по делам.

Работа текла легко, почти не напрягая. Вита чистила очередного жеребца в конюшне и единственное, за что она волновалась — чтобы ей копытами не оттоптали ноги, а то на ласты ни одни кеды не налезут. Лошадь иногда фырчала и городская деваха вздрагивала, иногда отскакивая чуть в сторону, считая, что чем-то не угодила.