— Мне особо понравилось, что мой чемодан, документы и ноутбук с телефоном остались в купе. По всей видимости, безвозвратно утерянные! Но это меньшая из моих проблем, потому что логика подсказывает, что наши трудности не закончились. Не так ли, господин Эварницкий? — едко спросила она.

— Слушай, чего ты сердишься? Я ведь честно предложил тебе не садиться в поезд. И да, если бы я не сел, это бы ничего не поменяло. Тебя бы всё равно поймали, чтобы шантажировать меня. Наверное. Здесь, конечно, не угадаешь.

— Тогда какой смысл в вашей социальной аскетичности, если ни любви, ни дружбы, а невинных девушек всё равно похищают?! — продолжила она возмущаться.

— Ты правда хочешь об этом поболтать? Лучше помоги найти молот. И крыло. Надо бы валить отсюда.

Подтверждая сказанное, дал знать о себе затаившийся медведь. Рыкнул, захрустел ветками, на что Елена взвизгнула, прижалась ко мне посильнее, а медведь, рыкнув ещё разок, что-то типа «Дебилы… ть!» убежал в другую от нас сторону.

— Что это? — шёпотом спросила Елена.

— Страсть? — сжал я её ягодицу.

— Я тебя придушу, — прошипела она.

— Товарищу комиссару нравятся игры с удушением?

— Что? — растерялась Блохина. — Да ты совсем псих! И хватит меня лапать!

— Смею заметить, товарищ комиссар, что раз уж связались со мной, и раз уж всех неприятностей нельзя избежать, лучше научиться получать от них удовольствие.

— Романтика поездов дальнего следования, красавчик-герой в попутчиках и многочисленные враги? Это хорошо на страницах книги, а не в реальной жизни!

— Вот только героем меня называть не надо, — поморщился я. — Хватит и красавчика.

— У господина Эварницкого есть болевая точка? — обрадовалась Елена. — Как скажет мой герой.

— Злая ты, товарищ комиссар. Давай артефакты искать.

Чем мы и занялись. Для чего Елене потребовалось слезть с меня. Сделала она это максимально травмирующим способом, попытавшись отомстить с помощью острых локотков и ёрзанья. Я ответил тем, что сделал вид, будто мне больно. Не с моим количеством звёзд страдать от такого. Оказавшись снова в положении стоя, достал фонарик. Мы пробрались через ту просеку, которую проделали, и, на удивление, без всяких сложней нашли нужное. Молот я неплохо чувствую, с ним вообще никаких проблем. Крыло же зависло в воздухе, точнее, попыталось, застряло в ветках и тихо гудело.

— Какой у нас план? — спросила Елена.

— Кажется, пора тебя повысить в звании. Будешь не комиссаром, а товарищем генералом.

— Ну ты герой, конечно, на девушку всё сваливать.

— Думаешь, не стоит? Тогда запрыгивай на крыло и на всех парах мчи до ближайшего населённого пункта. Там выходи на связь с кураторами.

— Я тебя здесь не оставлю.

— Это ещё почему?

— Стоило мне остаться одной, как меня взяли в плен!

— Ах вот оно что. Я уж понадеялся, что это иррациональная забота, продиктованная симпатией.

— Слишком много хочешь, — фыркнула девушка.

— Тогда как насчёт объятий?

— Даже не думай.

— Как ты тогда собираешься лететь со мной?

Блохина что-то прошипела себе под нос, и я постарался это не расслышать. Она подошла, я подхватил её на руки. Держать и девушку, и молот, и как-то забираться на крыло, ещё и балансируя всё это, — задача, достойная всех моих звёзд. Взгромоздившись, медленно двинул наверх. Поднялся над деревьями и ушёл в сторону. Лететь по пути следования поезда было чревато тем, что нарвёмся на выживших к этому моменту. Лететь над лесом было чревато чем угодно. Как и лететь назад. Но моё крыло едва держало нас всех. Подача дополнительной энергии не особо-то работала. Кажется, несмотря на все ухищрения, артефакт всё же повредился. Что здесь скажешь. Оставалось чертыхаться про себя и думать, что профессиональные команды артефакторов отличаются ещё тем, что имеют возможности провести испытания изделий в самых разных условиях. В общем, я вырулил обратно к железной дороге. Здесь хотя бы не цепанёшь макушки деревьев и не навернёшься с высоты. Разве что получится навернуться с малой высоты, прямо на рельсы, но лучше уж так.

Далеко мы улететь не смогли. Скорость была позорная, никакого разгона. Я бы на своих двоих бежал быстрее. Сзади послышался вой. Блохина извернулась, вгляделась в то, что там.

— Кажется, нас преследуют, — выдала она заключение.

— Думаешь?

— Имею все основания полагать.

— Учитывая все вводные, ставлю на демонических тварей.

— Никогда не видела демонов в живую.

— Смею заверить, что, продолжив со мной общаться, ты значительно расширишь жизненный опыт.

— Звучит как угроза.

— Угроза сзади, а это так, шуткую. Предлагаю тебе всё же улететь. Я разберусь с проблемой и не буду мучаться, оберегая тебя.

— Это ты так намекнул, что я мешаю?

— Намекнул? Я прямо сказал, что ты обуза.

— Не будь ты проклятым, я бы тебя точно прокляла, Эварницкий.

— Для этого тебе придётся стать богиней. Не самый плохой план на жизнь. Рекомендую для начала стать архимагом. Это не гарантирует перерождения, но хотя бы немного приблизит к конечной цели.