– Тамара, что?

Я подавилась и вопросом, и вдохом, закашлялась, схватилась за чашку с приготовленным мною дня него какао, сделала большой глоток и мысленно перекрестилась. Вроде бы поел, вроде бы домой прибыл и тапочки надел, но это мало что изменило. Никакого доверия, никакой мягкости, никакого стремления слушать. Вот блин!

– Ничего, - прохрипела между попытками вдохнуть.

– Вы так рассматривали… – произнес он глухо. Фраза осталась недосказанной и в то же время полной.

– Я думала… - протянула ему в тон и заглянула в прищуренные глаза. – Думала, пора ложиться спать.

– Доброй ночи, – дал он позволение уйти. – Только какао оставьте.

На следующий день с пожеланием «Гореть в аду!» меня встретил Глеб. Ему совсем не улыбалось ехать за город в конный клуб, месить грязь после ночного дождя и смотреть, как Олеся кокетничает с тренерами. И хотя один был женат, второй староват, и девчонка не особо им улыбалась, убить почему-то хотели меня. Причем не только охранник. Стеша, ради добросердечия которой я и приехала, едва лишь увидев меня, схватилась за вилы и без приветствия предупредила:

– Не просите! Я его на поруки не возьму.

– Но я даже слова не произнесла.

– Вы приехали из-за Баса, других причин не вижу.

– Вообще-то я хотела ребенка на пони покатать, – кивнула на пританцовывающую рядом Алису. Наконец-то с наступлением второго свободного дня она почти забыла про провалившийся день рождения и инстаграмнутую мать-перемать.
– А еще после пробной проездки я подумываю записать ее сестру на пару тренировок.
– Головой кивнула в сторону Олеси, что вот уже десять минут явно напрашивалась в группу старших учеников.

– Если так, то конечно… - выдала Стеша, не смущаясь «надуманных» подозрений. ?на отставила вилы и улыбнулась малышке.
– У нас из свободных Буцефал. Любишь черных лошадок?

Лишних слов не потребовалось, глаза ребенка засияли как звезды.

Пока они выводили пони, запрягали его, одевали малышку в каску и налокотники с наколенниками, разъясняли правила ведения и подсаживали на спину черного красавчика, я молчала. Молчала, даже когда Олеся чуть не свалилась с пегой лошади, а Глебу, пытавшемуся ее спасти, чуть не отдавили ногу. Наделала фоток, вовремя предложила молодому парню прокатиться самому, и только собираясь домой, спросила:

– Меня Стас сдал, да? — Но вопреки моим ожиданиям, Стеша мотнула головой, так что я опять включила интуицию и почти попала в цель. – Или сдал, но не тебе. Его девушка Наташа - твоя подруга?

– Сестра, – улыбнулась она, и на этом наши пути разошлись.

Мы отправились домой, а она радовать любимых кошек и мужа о том, что им не подкинут Басю. И это ветеринар, блин, во втором поколении! Добрая душа, на сострадание которой я надеялась. Проиграв вторые по счету переговоры, я не то чтобы расстроилась, но как-то поникла и без огонька рассказала историю, как Себа искал себя на ветеринарном, откуда сбежал спустя полгода, хотя и нашел там отличных друзей. Следующей его эпопеей был выдуманный автосалон, а по факту автомастерская, где заправлял добрый Вася, но о ней я ничего рассказать не успела, ибо мы вернулись домой под ясны очи возмущенной Королевы.

– Давно я не видела ее такой недовольной, - заметила ?леся, отстегивая ремень безопасности.

– Даже страшно подумать, о чем пойдет речь, - согласилась я.

– Об уроках, - вздохнула малышка и указала на очевидное: - В руках Полины Аркадьевны папка с моим расписанием.

Ах, да… тот самый Устав в синей папке. То бишь бомба замедленного действия, которая должна вызвать взрыв. Но сейчас ещё рано, для настоящего взрыва нужен бигбосс, а не Королева. Именно с этой мыслью я выбралась из джипа и решительным шагом направилась к Полине. Облаченная в темно-вишневые брюки и кремовую шелковую рубашку с двойным бантом на шее, она явно готовилась к битве умов или титанов, и поэтому убрала волосы в ракушку, отчего стала и выше и строже. Вот только это не спасло ее от напора простоватой хамки, которую я взялась играть.

– Вы нашли устав? Какое счастье… - Паршиво я его спрятала, но не суть. Подошла к лестнице и быстро преодолела ступеньки, говоря на ходу: - Я совсем забыла вам сказать, что до конца недели уроков не будет.

– Вы забыли о расписании. Сократили уроки. И замены преподавателя английского так и не произо…шло, – начала француженка высоким голосом, и сама себя оборвала.
– Что вы сказали?

– Что очень извиняюсь за несвоевременную информацию. Владимир Сергеевич соглаcился дать Алисе свободную неделю после праздничного дня.
– Почти правда, если учитывать, что он тогда был слишком ошеломлен объятьями ребенка и промолчал в ответ на предложение устроить неделю каникул. Если вспомнить, что эпопея с семьей Гладько началась с провалившихcя каникул, то эти несколько дней безделья и простых детских глупостей Алисе нужны.

– С трудом верится.

– Вы всегда можете уточнить, - напомнила я, точно зная, как вежливо бигбосс ее может послать. Или же это сделает Шкафчик, чей нрав испортился с последней поездки.

Полина сглотнула. Тряхнула головой, явно отгоняя дурные мысли, и чуть изменившимся голосом согласилась так и сделать.

Неизвестно, дозвонилась она или нет, но в этот день она вместе со мной до двенадцати ночи ждала беглого главу семьи. Я заканчивала вышивку на рубашке Олеси, Полина поначалу читала книгу на французском, затем с энтузиазмом увлеченной девчонки строчила сообщения в мессенджере. Между двенадцатью и часом ее друг по переписке исчез, так что она вернулась к чтению. Однако, судя по взгляду, направленному в одну точку, текста не видела и очень скоро начала засыпать в обнимку с подушкой.