Во-первых, Машеньке хотелось, чтобы детям было хорошо, ну совсем, совсем хорошо, лучше, чем могло быть дома; во-вторых, чтобы кипела настоящая пионерская работа, которая бы «воспитывала и помогала»; и, в-третьих, ей все-таки хотелось, чего скрывать! — хоть она и совсем не из честолюбивых, — чтобы их пионерская дружина вышла на первое место в районе и, кто знает, может быть, и во всем городе! Она любила свою работу и в последнее время дневала и ночевала в детдоме, невзирая на рабочие часы. Да и кто здесь и когда считался со временем? Для всех детдом стал будто родным домом. А тут еще появилась неугомонная Маша — увлеченная, непосредственная, искренняя, твердо убежденная в том, что таких чудесных ребят нет больше нигде!

В самом деле, стоит лишь взглянуть на них сейчас, когда они стоят на торжественной линейке. Даже Светланка серьезна и сосредоточенна, словно на всю жизнь хочет запомнить это мгновение. Она выходит и проникновенным голосом произносит пионерскую клятву. Светланке первой Маша повязывает красный шелковый галстук. Ей очень хочется поцеловать Тоню, а за ней — Зиночку, Светланку и Надю, но это никак не предусмотрено ритуалом приема в пионеры! Но она первой сделает это сразу же после торжественного пионерского сбора.

На торжественный пионерский сбор, проходящий в зале, собрались все жители детдома, даже малыши, приехали в гости шефы из танкового училища, шефы из Ботанического академического сада, артистка Галина Алексеевна, школьные подруги. Новых членов пионерской организации поздравляли, целовали, желали хорошей работы и успехов в учебе.

— А теперь, — сказала Марина Петровна, — мы приглашаем дорогих гостей в столовую, — сегодня у нас еще один семейный праздник, совпавший с таким знаменательным событием, как вступление в пионеры. Сегодня в нашем доме целых три именинницы. Нашей Тоне исполнилось сегодня десять лет, нашей Кате — четырнадцать, а нашей Лине Павловне...

— Ой, не говорите сколько! — с притворным страхом перебила Лина Павловна. — Я уже старая!

Марина Петровна засмеялась и не сказала, сколько лет воспитательнице Лине Павловне, и все дети засмеялись. Лишь пятилетний Игорек из группы малышей серьезно сказал Орисе Лебединской:

— А я думал, тетя Лина молодая, а она старая.

Шестилетняя Орися несколько пренебрежительно, свысока, потому что она и впрямь была немного выше мальчика, ответила:

— Они нарочно так сказали, чтобы мы засмеялись!

Игорьку это очень понравилось, и он засмеялся громче всех.

Столики в столовой были поставлены буквой П, и в центре должны были сидеть именинницы. Сегодня все обедали в одну смену — и старшие, и средние, и малыши. Потому столики принесли даже из рабочих комнат, чтобы все — и свои, и гости — разместились.

— У нас именины! — сообщала каждому Орися. Она впервые в своей жизни была на именинах!

Столовая выглядела по-именинному. На столах стояли цветы, а рядом с приборами именинниц были сложены подарки.

Ой, что лежало против Тониного прибора!

Сначала на глаза попалась толстая тетрадь в твердом коричневом переплете. «Стихи, рассказы и повести Тони Мидян», — было написано на первой странице.

— Ой! — только тихо прошептала Тоня.

Кроме него, были альбом для открыток, альбом для стихов, целая стопка открыток с нежными надписями — это дарили подруги, а еще вышитый белый воротничок и платочек, и наконец — новая книга «Четвертая высота» и рисунок: Ленин-гимназист в саду с книгой в руках.

— Ой, — только тихо ойкала Тоня.

А шефы подарили лото, интересную настольную игру, мяч и скакалку.

Перед Катей тоже лежала гора подарков: платочки, тетради, альбомы, книги, рисунки, готовальня, краски.

Перед прибором Лины Павловны стоял флакон одеколона от старшей группы, коробочка и открытки от средних, от персонала — красивенький портфельчик, а сверху лежал самый дорогой для нее подарок — телеграмма от отца.

После рассказа Тани и Галины Алексеевны об отце она обратилась в военкомат, и ей довольно скоро сообщили, где он. Лина сразу написала ему, и они стали переписываться. Он часто писал, и вот сейчас, не забыв о дне рождения дочки, прислал длинную телеграмму.

Еще перед каждой именинницей лежала коробка шоколадных конфет! Их принес Петр Петрович — «садовый шеф», профессор-академик, ну, а шефы-танкисты и гости из издательства принесли много книжек, конфет, яблок и даже несколько тортов.

Пироги, как обещала Марина Петровна, испекли трех сортов. Пирогами угощали сами именинницы. На пироге с мясом было вылеплено «Л. П.», на пироге с капустой «Катя», а на пироге с яблоками «Тоня». Они вышли довольно большими — как их только Нина Иосифовна испекла! После того, как все дети убедились в том, что на каждом действительно вылеплено имя именинницы, и даже Орися прочитала серьезно по слогам: «Ка-тя», «То-ня», Марина Петровна разрезала их на маленькие кусочки, чтобы каждый попробовал именно именинных пирогов, но кроме них еще много чего было испечено!