Это были настоящие именины. Даже тосты провозглашали, только вместо вина пили фруктовые соки и ситро, но из рюмок!

Катя раскраснелась и, счастливая, рассматривала подаренные ей рисунки и открытки, читала трогательные надписи и дошла до открытки с девочкой, похожей на Светланку, и с котенком, похожим на Зиночку.

— Это от нас! — сообщила радостно Светланка. — А стихи Тоня сама придумала! Она теперь всегда будет стихи придумывать и станет писательницей.

Даже Катя удивилась, что Тоня сама сочинила стихи! Хотя она собственноручно и написала на тетради: «Стихи, рассказы и повести Тони Мидян», но больше из-за подслушанного случайно разговора про именины Ясочки и думала, что это дело далекого будущего.

А тут вот вам — Тоня сочинила стихи, да еще посвятила ей!

— А Тоня стихи сочинила! — объявила она на всю столовую.

— Пусть прочтет! Пусть сама прочтет!

Тоня покраснела, опустила голову и ни за что не хотела вставать.

— Зачем вы сказали? — чуть не плача, укоряла она Светланку и Катю.

Но и Маша, и Лина Павловна, и Марина Петровна подбодряли ее:

— Это же прекрасно! Стихи в день рождения! Можно только позавидовать Кате. Встань, Тонечка, и громко прочти.

Наконец Тоня встала и начала читать почти шепотом, потом осмелела и середину прочитала громко, а под конец снова застеснялась, едва закончила и быстренько села, опустив голову. Все аплодировали и кричали «браво!».

— У нее еще есть, о том, как нас принимают в пионеры, — пискнула Надя.

— Как принимают в пионеры? — вспыхнула Маша. — Тоня, ты должна быть дисциплинированной пионеркой и слушаться пионервожатую. Приказываю тебе немедленно прочитать стихотворение!

— Да оно коротенькое! — попробовала протестовать Тоня.

— Ничего, читай!

— Читай, читай, Тоня! — кричали дети.

Тоня встала и, со всей серьезностью глядя на пионервожатую, прочитала:

Все пионеры стали тут

И дружно отдают салют.

Нам красный галстук в первый раз

Надели в этот чудный час.

Я очень счастлива теперь,

Я также юный пионер!

И я хочу, чтоб в целом свете

Для счастья, мира жили дети!

Мгновение действительно было волнующим! Маша сияла от счастья. «Какая я умная, — подумала она, — что не отказалась, как некоторые комсомольцы нашей группы, от пионерской работы и пошла именно в этот детский дом. Таких детей больше нигде нет!»

Катя провозгласила тост, и все выпили виноградный сок и ситро за то, чтобы Тоня стала поэтом.

— Хорошо? — подмигнула Катя Леночке.

— Прекрасно! — шепнула та. — Все в порядке.

Но и другую именинницу не забывали. О ней каждому хотелось сказать: и детям, и учителям школы, и Маше! И даже один из гостей, «садовый шеф» Петр Петрович, профессор-академик, взял слово и провозгласил тост за юного мичуринца, своего будущего помощника, которому вместе с молодым отрядом лесоводов и садоводов предстоит украшать землю цветущими садами и зелеными лесами. Он, конечно, говорил о Кате.

— Вот красиво сказал! — перешептывались дети.

— Какая у нас Катя!

Катя сидела, обнявшись с Тоней, обе раскрасневшиеся, смущенные и очень счастливые.

Разве это не настоящие, прекрасные именины!

А после обеда танцевали, разгадывали шарады. И танкисты, и Петр Петрович, и воспитатели, и школьные учителя, и Галина Алексеевна тоже танцевали и веселились вместе с ребятами.

Светланка уснула быстро.

— Жаль, что мама не приехала и не увидела, как нас в пионеры принимали! — сказала она, когда Тоня укрывала ее, но стоило белокурой головке коснуться подушки, как веки бессильно опустились, и через минуту она спала крепким сном.

А Тоня долго не могла уснуть. Какой хороший день! Если бы можно было, она бы встала и начала писать в новой тетради. Рассказ? Нет, целую повесть не про куклу Ясочку, а про одну девочку, как она жила в детдоме и как ее всё любили.

— Ты не спишь, Тоник? — услышала она. Это Леночка вошла посмотреть на Зиночку, а заодно и на всех ее подруг. Так она делала каждый вечер, и нынешний приход не удивил Тоню. Она и не подозревала, что сегодня Леночка пришла больше ради нее, чем ради сестренки.

— Все спят, а ты не спишь, — сказала она, присаживаясь на краешек кровати. — Ты не простудилась, случайно, когда гостей провожала?

— Нет, я просто не могу уснуть.

— Весело было, правда? — спросила Леночка.

— Очень весело. Никогда мне так хорошо не было.

— Хочется, чтобы всегда мы так жили в доме — весело, дружно. Для меня все здесь самые родные, — сказала Леночка.

— И для меня, — прошептала Тоня.

— Но ты же собралась в Ленинград, к Светланкиным родителям...