Единственная гарантия, которая у меня была, была прямо сейчас. Мы с Ашером наверстывали упущенное. В году Фиолетового было больше падений, чем взлетов, но вот так все заканчивалось… мы почти наверстали упущенное.

49

— Сучка, ты у меня в долгу, — сказала Илия, уперев руки в бока и глядя на меня сверху вниз.

Я сморщила нос, глядя на нее.

— Да ладно, ты не собираешься забыть об этом? Ты уже отобрала у меня завтрак, мою любимую книгу о любовных приключениях оборотней и дважды заставляла меня ходить с тобой по магазинам. Как долго я буду тебе должна?

Она продолжала пристально смотреть на меня, и я была достаточно умна, чтобы признать это… Она была пугающей.

— Ты будешь у меня в долгу, пока я не скажу тебе. Ты уже дважды пожертвовала собой, чтобы спасти всех нас. Меня это не устраивает.

Я поморщилась. Вероятно, я заслужила ее наказание, потому что она была в истерике, гадая, увидит ли меня когда-нибудь снова. Они все были в истерике. Единственной хорошей вещью, которую можно было извлечь из всего этого, было то, что Кэлен и Илия теперь были чертовски надежны. В моменты, когда они утешали друг друга, они решили попробовать наладить отношения, и я была чертовски рада за нее.

— Знаешь, у Джоша родился ребенок, — непринужденно сказала она, и, казалось, ее это даже не расстроило. — Маленький мальчик. Он собирается попытаться уладить это с матерью. Он хочет участвовать в жизни своего сына.

Я обняла ее.

— Мне жаль, детка.

Она пожала плечами, но не отстранилась.

— Все в порядке. Кэлен все равно значит для меня больше. Думаю, единственное, что меня связывает с Джошем, — это сожаление о том, как все это закончилось. В остальном я рада, что все так получилось.

Я вздохнула, отпуская ее.

— Да, у судьбы интересный способ управлять миром. — Кстати, об этом. — Судьба ни за что не хотела бы, чтобы я надевала это платье, и никакое чувство вины не заставит меня надеть его.

Илия пристально посмотрела на меня, и я с трудом сглотнула.

— Ах, черт. Хорошо. Неважно. — Если это сделает ее счастливой, я надену. Она была права, я действительно была у нее в долгу.

Я натянула фиолетовую ткань, которая свободно маскировалась под платье. В основном это были несколько полосок ткани, скрепленных большими золотыми брошами. На всеобщее обозрение была выставлена большая часть моей кожи, и Илия восторженно захлопала в ладоши.

— Выглядишь потрясающе, сучка.

Она часто называла меня сучкой, но я все равно была уверена, что она все еще любит меня.

— Не могу поверить, что это последние танцы в году, — тихо сказала я, поправляя кудри. — Второй год закончился… как это случилось? Такое чувство, что меня здесь почти не было.

Илия присоединилась ко мне перед зеркалом.

— Э-э, может быть, потому, что ты пропустила половину становясь богом Атлантов и спасая мир?

Я фыркнула, но возразить не смогла.

Илия подмигнула, выглядя очень довольной.

— И каким-то образом… несмотря на смерти, скорбь и то, что боги чуть не убили нас всех, тебе все равно удалось стать лучшей в нескольких уроках.

Я пожала плечами.

— Да, и учитывая, что я чуть не пропустила выпускные экзамены…

Мы только что вернулись в прошлое — нам с Ашером приходилось из кожи вон лезть, чтобы подготовиться, но мы сдавали все экзамены, и я удивлялась тому, как легко стало учиться в школе по сравнению с прошлым годом. У статуса полубога-супа определенно были свои преимущества.

— Один из профессоров посоветовал мне закончить школу пораньше, — тихо сказала я. Я никому об этом не говорила. — Он сказал, что у меня уже есть навыки, чтобы закончить в следующем году. — Я серьезно обдумывала это. Большинство моих друзей и родственников были на год старше меня, так что следующий год был последним, когда мы собирались все вместе. Если только я не закончу раньше.

Илия перестала прихорашиваться.

— Что ты сказала?

Кто-то фыркнул.

— Прямо сейчас я понятия не имею, что принесет следующий месяц, не говоря уже о следующем году. Сонарис заверил меня, что боги не будут оставаться в Подземном мире бесконечно, и полагаю, что могу умереть еще до окончания школы, так что я буду беспокоиться только о сегодняшнем дне.

Илия запрокинула голову и рассмеялась.

— Ты настоящий лучик солнца, не так ли, девочка.

Я легонько толкнула ее, но спорить не стала. В эти дни я была мрачновата и тосклива.

— Давай, нам пора идти, — сказала я, отодвигая неприятные мысли в сторону. — Они будут нас ждать.

Я открыла дверь и чуть не закричала. Ашер и Кэлен стояли прямо в дверном проеме.

— Черт, — выдохнул Ашер.

— Двойной черт, — повторил Кэлен.

Мое сердце так сильно билось в груди, когда я увидела Ашера. Он был одет в поношенные джинсы, обтягивающие его мускулистые бедра, белые высокие ботинки и черную рубашку, которая облегала его тело, как вторая кожа. Его темные волосы падали на лоб, золото и серебро в них сверкали ярче, чем когда-либо. Его глаза были моего любимого цвета морской волны, и в них светилось тепло.