Единственный выбор, который у меня есть, — это попытаться притупить свои чувства, выпив — и именно с этой мыслью я беру свое пиво, опрокидываю его и приканчиваю бутылку. Как ни странно, это, кажется, помогает. К тому времени, как я ставлю пустую бутылку на стол перед собой, я чувствую себя немного увереннее.

— Хочешь еще? — небрежно спрашивает Хави, подталкивая меня локтем.

И вот так я снова начинаю сходить с ума.

Какого черта он делает?!

— Конечно, — заикаюсь я, уставившись в стол, чтобы избежать его зрительного контакта.

Его рука соскальзывает с моего бедра, когда он слезает с барного стула.

— Кому-нибудь еще?

— Да, я выпью, — говорит Арес, который никогда не отказывается от выпивки.

Хави кивает, поворачиваясь, чтобы направиться к бару.

Ладно, он явно просто дружелюбен, не выделяя меня. На самом деле, он был спокоен как огурчик с тех пор, как сел рядом со мной. Никто бы и понятия не имел, что между нами что-то происходит, если бы судил об этом только по его поведению.

Он лучший лжец, чем я, и я не уверена, что чувствую по поводу осознания этого.

Хави проходит мимо Эйвери по пути к бару, и она проводит рукой по его руке, одаривая кокетливой улыбкой, от которой мне хочется вылезти вон из своей кожи. Моя внутренняя волчица поднимается с волной собственничества, и к тому времени, как Эйвери возвращается к нашему столику, я так раздражена, что готов выцарапать ей глаза даже за то, что она смотрит на то, что мое.

— Кто хочет еще шотов? — весело спрашивает она, ставя на стол стопку бокалов.

— Никому не нужны твои чертовы лимонные дольки, — огрызаюсь я.

Эйвери отшатывается, ее брови хмурятся, когда она в шоке смотрит на меня.

— Господи, тогда не бери. Нет никаких причин быть стервой по этому поводу.

Хотя я все еще злюсь, я могу признать, что веду себя иррационально. Ревную. Как будто брачное безумие крепко держит меня в своих тисках.

Черт, мне нужна минутка.

— Извини, — ворчу я, соскальзывая со своего барного стула на дрожащих ногах. — Я просто напряжена, я ничего такого не имела в виду.

Рука Энди взлетает, чтобы схватить меня за руку, останавливая мое отступление.

— Эй, куда ты идешь? — спрашивает она.

— Туалет.

Я отворачиваюсь, прежде чем она успевает предложить пойти со мной, убегаю от любопытных взглядов моих друзей и направляюсь прямиком в темный коридор в задней части бара.

Я прохожу весь путь до конца, толкаюсь в дамскую комнату и облегченно вздыхаю, когда обнаруживаю, что она пуста, а двери кабинки открыты. Подойдя к раковине, я наклоняюсь, чтобы взяться за фарфор с обеих сторон, опускаю голову и делаю глубокий вдох.

Возьми себя в руки, черт возьми, Ло.

После нескольких успокаивающих вдохов я поднимаю голову и смотрю на свое отражение в зеркале, пока мой разум выходит из-под контроля.

Почему Хави не предупредил меня о своем приезде? Он думал, что было бы забавно устроить мне такую засаду? Мэдд каким-то образом знает, что происходит между нами, поэтому он пригласил его? Мои друзья что-то подозревают, или я просто слишком много думаю, как всегда?

Протягивая руку, чтобы открыть кран, я закрываю глаза, делая последний успокаивающий вдох, прежде чем подставить руки под холодную струю воды. Намочив их, я подношу их к лицу, нанося прохладную воду на кожу.

Я могу это сделать.

Повторяя эту фразу в голове, как мантру, я закрываю кран, вытираю руки и выхожу из ванной, чувствуя себя намного спокойнее, чем когда входила.

То есть до тех пор, пока я не вижу Хави, шагающего ко мне по темному коридору.

Я застываю на месте.

— Ты, кажется, удивлена, увидев меня, — тихо замечает он, пройдя половину коридора достаточно близко, чтобы я могла услышать.

— Ты мог бы предупредить меня, что придешь! — я шепчу-кричу.

Он в замешательстве хмурит брови.

— Я писал, ты так и не ответила.

— Что?

Затем до меня доходит, что я выключила свой телефон раньше — и я не помню, чтобы когда-либо включала его снова.

— Черт, — шиплю я.

Хави сокращает оставшееся расстояние между нами, протягивает руку и хватает меня за руку.