— Принимай к себе, — спокойно сказал он Горбачеву. — Будем воевать вместе против фашистов.

— Очень хорошо, — похвалил комсомольца Евстрат Денисович. — Считай, что ты уже партизан. — Горбачев задумался, внимательно посмотрел на паренька и добавил: — Но работать будешь не в отряде. Хочу дать тебе другое задание…

— Какое же? — нетерпеливо спросил Владимир.

— Возвращайся в Любань и поступай добровольцем в полицию. Так и скажи оккупантам, что пришел к ним добровольно…

— Как же так, Евстрат Денисович?! — удивился Раменьчик. — Ведь я — советский человек, разве могу я изменить Родине?

— Вот поэтому и посылаем тебя в самое пекло, в логово врага…

Владимир понял не сразу. Горбачеву пришлось долго убеждать, пока тот согласился.

— Трудная выпала тебе доля, — сказал ему на прощание Евстрат Денисович. — Будешь ходить между двух огней. За малейшее подозрение тебя немедленно повесят гитлеровцы. Но и нашим я не могу сказать, что ты свой. Может случиться так, что тебя подстережет и партизанская пуля. Жители Любани, советские патриоты, не зная, кто ты есть на самом деле, будут плевать полицаю Раменьчику в лицо, проклинать его, называть предателем, фашистским псом. Ты все должен стерпеть и вынести. Ты нужен нам там. Очень нужен…

С тем Владимир и ушел. Вскоре он появился на улицах Любани с повязкой полицая на рукаве. Нет ничего труднее, чем работать в стане врага! Ты ненавидишь фашистов, но обязан им улыбаться, угодливо вытягиваться в струнку, выполнять их приказания, ездить на задания и делать вид, что стараешься поймать партизан, стрелять по ним. Днем и ночью ты должен быть в постоянном напряжении, внимательно следить за каждым шагом врага, чтобы самому не оступиться, не попасть впросак.

Приближался праздник — 24-я годовщина Великого Октября.

— У нашего народа есть славная традиция — встречать революционные праздники хорошими делами, — сказал на заседании обкома партии В. И. Козлов. — Война не должна нарушить эту традицию. Мы давно уже с вами поговаривали о разгроме гарнизона противника в Любани. Давайте приурочим эту операцию к знаменательной дате, чтобы по-боевому отметить день рождения Советского государства.

Обком принял решение о разгроме немецко-полицейского гарнизона в районном центре Любань. Мы поручили Е. Горбачеву провести разведку и подготовить план операции. Он сразу же взялся за дело. Через наших людей — «полицейского» В. Раменьчика и «начальника полиции» А. Гидрановича — Горбачев получил необходимые данные о численности, вооружении и укреплениях гарнизона и вскоре представил обстоятельный план на рассмотрение обкома. Мы внесли в него небольшие поправки и утвердили. Планом предусматривалось совершить нападение на любанский гарнизон в ночь с 6 на 7 ноября 1941 года. К участию в операции привлекались отряды А. И. Далидовича, партизанские группы Н. Розова, А. Патрина, Г. Столярова и А. Милевича (Милановского).

…Вечер шестого ноября. Наступил долгожданный час выхода на задание. Все заметно волновались, и не только потому, что это была первая крупная операция с участием нескольких партизанских групп и отряда. Главное, что нас тревожило, — правильны ли наши расчеты, учли ли мы все данные, которые передали Раменьчик и Гидранович. Но, кажется, все было предусмотрено.

Партизаны отправились в путь. Две боевые группы со станковыми пулеметами выдвинулись вперед, чтобы заблаговременно перерезать дороги из Любани на Уречье и Старобин, Погост — Слуцк. Эти же группы перерезали телефонные провода, связывавшие Любань с другими гарнизонами.

Пять наших разведчиков пробрались в районный центр. Они бесшумно сняли нескольких часовых в тех местах, откуда можно было обнаружить подход партизан к городу. Разведчики, хорошо зная расположение постов и график смены часовых, действовали смело и решительно.

Самым трудным участком был мост через реку Орессу, который охранялся часовыми. Но автоматчики, возглавляемые Дмитрием Гуляевым, бесшумно сняли часовых. Это дало возможность нашим ударным группам незаметно подойти к зданию райисполкома, в котором фашисты устроили свою комендатуру и расположились сами. В окна полетели гранаты. Партизаны ворвались внутрь помещения и в упор расстреливали обезумевших от неожиданного удара оккупантов. Некоторым из них удалось выскочить на улицу, но и там они попадали под партизанские пули.

Бой продолжался около двух часов. Партизаны разгромили вражеский гарнизон, захватили много оружия, боеприпасов, продуктов и одежды. Наши потери были невелики: один боец убит, а другой тяжело ранен.

Закончив бой, партизаны отправились на свои базы. В деревне Редковичи они остановились на короткий отдых. Там их догнала группа бойцов одной из застав, охранявших подход к гарнизону противника во время операции. Они привезли на телеге связанного полицейского. Бойцы то и дело зло бросали ему:

— Отвоевался, гадина! Вздернем сейчас на осине!

— Не вздернете, — смело отвечал тот. — Без распоряжения командира не имеете права…

Это удивило партизан, сопровождавших повозку. Они доложили о странном полицейском Горбачеву. Евстрат Денисович, подойдя к телеге, улыбнулся:

— Володя! Ты жив! Молодец! А я за тебя так волновался!..

— Это наш, подпольщик, — поняли партизаны, с гордостью глядя на своего незнакомого боевого товарища.

Раменьчик подробно рассказал о своих действиях в любанском бою.