Незаметно прошел день. Вечером мы ушли на аэродром. Расставаться с боевыми товарищами было грустно. Неизвестно, доведется ли еще встретиться. Но вот прибыл самолет. Последние напутствия, последние рукопожатия» Самолет с ревом пронесся мимо нас и взмыл в ночную темень. Прощайте, друзья! Счастливого пути!

Партизаны погасили сигнальные костры.

Возвращаясь с аэродрома, я думал о том, что обком партии доверил мне ответственный участок. Он надеется, что наши удары по врагу не только не ослабнут, а будут день ото дня возрастать. Надо во что бы то ни стало оправдать это доверие.

За год работы в подпольном обкоме я прошел большую школу борьбы, приобрел опыт организаторской работы в массах в сложных условиях вражеской оккупации. Все это, разумеется, поможет мне выполнить обязанности первого секретаря обкома и командира соединения. Особенно ободряло то, что рядом, плечом к плечу, находились боевые товарищи, умудренные большим жизненным опытом, — члены обкома, командиры и комиссары отрядов, секретари подпольных райкомов партии и первичных партийных организаций, закаленные и мужественные партизаны. Почаще советоваться с ними, внимательно прислушиваться к их голосу — и дело пойдет наверняка.

25 сентября 1942 года я вызвал к себе командиров подрывных групп из отряда Михайловского — Григория Токуева и Илью Герасименко, а также партизана-подрывника Василия Митрофановича Будовича, жителя поселка Млынок, расположенного неподалеку от железнодорожного моста. Дал задание Токуеву и Будовичу произвести тщательную разведку вражеского гарнизона станции Птичъ: установить его состав, вооружение, расположение огневых точек; до мелочей изучить правую сторону реки от поселка Млынок до моста, выяснить, как охраняется мост; точно определить огневые точки и наличие минных полей на подходах к нему.

Группе Ильи Герасименко было приказано тщательно обследовать левый берег реки, найти брод для переправы партизан, разведать наиболее выгодный рубеж обороны, заняв который можно было бы задержать противника в случае, если он направит подкрепление из гарнизона Мышанка.

Четверо суток разведчики провели в районе моста и блестяще справились с заданием. Собранные ими сведения укрепили нашу уверенность в том, что подрыв железнодорожного моста вполне осуществим. Я предложил своему заместителю Куликовскому, начальнику штаба Коновалову и инструктору подрывного дела Шимченку немедленно приступить к разработке плана операции, причем всю подготовительную работу вести в строжайшем секрете.

1 октября состоялось совещание командиров и комиссаров отрядов, секретарей партийных и комсомольских комитетов. Выступавшие говорили, что партизаны должны равняться на мужественных защитников Сталинграда, что надо неустанно улучшать партийно-комсомольскую работу в отрядах и всей силой своего влияния увлекать людей на подвиги.

Диверсионно-подрывная работа на железнодорожных магистралях заметно активизировалась. Так, 7 октября группа партизан из отряда Болотникова (Глушко) во главе с Г. П. Быковским между станциями Старушки — Копцевичи подорвала воинский эшелон с войсками. Под откос свалились паровоз и двенадцать вагонов. На этом же участке сразу после того, как фашисты отремонтировали путь и восстановили движение, отделение Петра Андреевича Семенова из отряда Далидовича произвело крушение эшелона с живой силой и техникой противника. Операция была выполнена на редкость удачно — вышли из строя паровоз и вагоны. Несколько автомашин и десятки подвод двое суток вывозили раненых и убитых, извлекая их из-под обломков вагонов.

17 октября отряды имени Гастелло, Глушко и Шваякова совершили совместный налет на железную дорогу между станциями Старушки — Копцевичи. Бойцы подорвали путь и обстреляли эшелон противника. Подрывники Николай Тарасов, Федор Чернобровкин, Виктор Трапезников 20 октября заминировали путь на перегоне Осиповичи — Татарка. В подорванном вражеском эшелоне было разбито двенадцать вагонов с боеприпасами и 3 платформы с техникой. 21 октября группа подрывников из отряда Далидовича во главе с командиром взвода Михаилом Лагуном спустила под откос железнодорожный состав с оружием и боеприпасами. Всего за период с 20 сентября по 1 ноября 1942 года партизанским соединением южных районов Минской и северных районов Полесской областей было спущено под откос 49 эшелонов противника.

К концу первой декады октября план операции «Эхо на Полесье» был готов, и я доложил об этом ЦК КП(б)Б и ЦШПД. Попросил прислать необходимое количество взрывчатки, детонирующего и бикфордова шнура, капсюлей-детонаторов, винтовочных и автоматных патронов.

Для последнего уточнения плана операции я с небольшой группой работников штаба выехал на рекогносцировку. Остановились в прибрежных кустах ивняка. В широкой пойме реки стояло несколько стогов сена. Вдали виднелись ажурные фермы железнодорожного моста. В восьмистах метрах от него, в поселке и на станции Птичь, располагался вражеский гарнизон, насчитывающий 750 гитлеровцев. Охрана моста — два взвода по 30 человек — занимала четыре хорошо оборудованных дзота с пулеметами; имелись противотанковые пушки. Поддерживалась связь не только с гарнизоном станции Птичь, но и с крупными гарнизонами, расположенными в Мышанке, Копаткевичах и Петрикове. Враг мог подбросить подкрепление также из Калинковичей и Копцевичей. Таким образом, против партизанских отрядов, занятых в операции по взрыву моста, противник мог немедленно бросить свыше пяти тысяч солдат и офицеров.

— С такой силой нам не справиться, — говорили некоторые работники штаба, — можно оставить людей на поле боя и не выполнить задачи.

Я твердо подчеркнул, что вопрос о проведении операции по взрыву железнодорожного моста давно решен и обсуждению не подлежит, и тут же дал указание начальнику штаба П. М. Коновалову срочно вызвать в штаб соединения командиров тех отрядов, которые по плану привлекались к операции. Вскоре они прибыли. Я сказал, что их отряды примут участие в операции по разгрому крупного и сильно укрепленного гарнизона противника; о времени и объекте нападения будет сообщено дополнительно. В. Шимченку, К. Пущину и А. Титову поручил скомплектовать группу подрывников, подготовить толовые заряды и отработать приемы минирования, которые понадобятся при действиях на мосту.