Да, неожиданно для самого себя, Макс Курвеллочку уже присвоил себе.

И ему нравилось клеймить её притяжательным местоимением - "моя".

Хоть эта Дьяволица от него и ускакала, шурша своими уггами, но в душе она вне зависимости от её желания уже стала его, Максовой, собственностью.

Так решил Максим, совершенно не думая о том, что в голове женщины.

Реальность опрокинула все его мысли и мечты на лопатки.

В течение оставшейся части дня он высматривал Курвеллочку в ресторанах, причём обойдя все. Долго стоял на площадке, где хорошо было видно идущий к первому подъемнику и возвращающийся с каталки народ. Тщетно.

Не теряя надежды, Макс дошел до кабинета врача. Вдруг стервеллочка все же плохо себя почувствовала после падения и ночи страстных плотских утех. И здесь "зеро".

На обратном пути Макс зарулил в пункт проката. Сотрудник оного сообщил, что сегодня ему с ресепшена передали экипировку одной русской.

Зацепив ниточку Максим направился в центральное здание отеля, где регистрируют всех приезжающих на курорт.

"Никогда ещё Штирлиц не был так близок к провалу", - вспомнил Макс бессмертную фразу из фильма "Семнадцать мгновений весны", когда приветливая администратор ресепшена мягко, но категорично, напомнила ему о приватности информации, касающейся гостей их курорта.

И проблема была даже не в этом, а в том, что Макс, в принципе, искал иголку в стоге сена.

Да, да, невозможно найти человека среди тысяч отдыхающих, если элементарно не знать его имени.

Конечно же Максим не был простодырым простофилей. Он ни единожды за ночь пытался узнать у Курвеллочки её имя и фамилию.

Даже предлагал несколько раз снова познакомиться.

Стервеллочка только отшучивалась, что должна быть в женщине какая-то загадка.

Вспоминая их веселый ночной разговор, сейчас у стойки администратора ему было совсем не до смеха.

– Милая, ну как я тебя без имени найду?
– пытался настоять на своем Макс.

– А чего меня искать вот же я, - хохотала в ответ шалунья.

– Ты хочешь, чтобы я о тебе забыл?
– шептал он, лаская и целуя высокую и красивую грудь-троечку.

– Поверь, ты обо мне не забудешь, ни-ког-да!
– выдохнула со стоном строптивица в ответ и снова расхохоталась.

– Слушай, нормальные люди все же называют свои имена. Хочешь я тебе свое назову?! Меня зовут М…

– Нет, нет и нет, - не дослушав его и закрыв свои ушки, произнесла Курвеллочка.
– Эммм, эммм, хм! Все же мне Йети больше нравится. Буду называть тебя так. Нежно Йе и точка…А хочешь, буду называть Ваше БлагАродие?

– Понятно. Консенсуса не будет. А как ты хочешь, чтобы я тебя называл?
– проходя пальцами по клитору шалуньи, поинтересовался Макс.

– Называй меня Киска, называй меня Зайка, называй меня Рыбка… - речитатитом с какой-то мелодией пропела стервочка.

– Сладкая моя, давай все же познакомимся, - Максим решил сделать очередной дубль.

– Так я не против. Давай, давай знакомиться, милый Йети. И я уже иду знакомиться, начиная с маленькой головки. Ну и, как тебя бы мне назвать, мой миленок, - произнесла Курвеллочка, задумчиво поглядывая на член, лежащего в позе шесть девять Максима, и касаясь купола его младшего кончиком своего остренького язычка.
– Ага, придумала. Будешь носить гордое имя Чигабуч! Ну, привет, красноголовик Чигабуч!

Поняв, что очередная его попытка провалилась, мужчина выдохнул и, расслабившись, стал наслаждаться обоюдными оральными ласками.

Этот формат общения ему нравился больше, чем препирательства на пустом месте.

"Ладно, утром вернёмся к разговору, тогда и узнаю имя Курвеллочки", - самонадеянно подумал Макс.

Сейчас о своей глупой самонадеянности он сильно жалел.

В унисон ситуации из ячеек его мозгового процессора выплыли строчки современной поэтесса Марии Шадриной:"Не повернуть нам время вспять, своих ошибок не исправить. Обратно жизнь не пролистать и коррективы не добавить".

Подумав ещё немного и решив не сдаваться, Макс сделал ещё одну попытку объясниться с администратором.

Для достижения цели он рассказал девушке целую романтическую историю о любви с первого взгляда и стреле Амура, от которой саднит его сердце.

Сотрудница, слушая, нежно улыбалась и понимающе кивала. И все же в ответ сказала:"Нет, имени назвать не могу. Такова политика администрации курорта, которая уважает своих посетителей и бережет свою репутацию".

После тяжкого вздоха Максима, уже сделавшего шаг в направлении выхода, девушка тихо и быстро выпалила: