Не рассматривал и не любовался, а нагло пожирал ее глазами и представлял всякие горячие сцены с ее участием.

Нет, у Макса не было сексуального голода или воздержания.

Женщины, если он этого хотел, никогда не отказывали ему в близости.

Он и прошедшую ночь не скучал. Кокетливая брюнетка до утра стонала под ним.

Так что отзыв его тела при виде точёной лыжницы шёл не от сексуального голода, а от древнего инстинкта самца, который, находясь на охоте, учуял свою самку.

Да, да, от вида девы его воображение, как у нормального мужика, сразу включилось.

В мгновение, сняв себя с ручника, Макс представил её, красиво виляющую бедрами на приличной скорости, рядом с собой в постели.

Эх, от перекатов её круглых полупопий, движений бёдер и ног в его яремной впадине затрепетало и защекотало. Этот трепет завёл мужской сексуальный нерв. Мышцы низа живота напряглись. В боксёрах тоже…

Движения девушки и его опыт подсказывали ему, что в сексуальном спарринге она такая же дерзкая, активная и энергичная.

И может даже любящая доминировать.

Последнее ему в женщинах очень нравилось.

Макс в сексе предпочитал не няшную игру в поддавки, а спарринг с сопротивлением и завоеванием.

Та, что неслась то впереди него, то сбоку, явно не была робкой мямлей.

Конечно же, Макс не собирался её сбивать. Все получилось непреднамеренно.

Просто мужчина так погрузился в свой воображариум, так увлекся своими мечтами, что не успел вовремя переложить доску и подрезал объект своего вожделения. Благо не упал на нее сверху.

Хотя…почему не упал. Упал. Да ещё как. С полным удовольствием и оттяжечкой.

Сначала в баре, как ему и нравилось пришлось подавить её строптивость и сопротивление.

Больше всего ему понравилось, что Курвеллочка не играла с ним, а решительно и совершенно искренне без всяких сантиментов послала его.

Ее дерзкое заявление:"Проходите, товарисч, мимо! Я на первом свидании не подаю и не даю!" - несколько охолонило, но не остудило его решимость и желание обладать этой женщиной.

Пришлось, конечно, немного потерпеть хамство и маты Курвеллочки. Она оказалась еще тем оратором и словесным виртуозом.

Хамила она, будто комплименты раздавала. Матом дева строптивая не ругалась, а разговаривала.

Макс не любил ни того, ни другого от слова совсем. Ему это ужасно не нравилось. И внутри себя он сильно морщился. Но терпел…

Чувствовал. Нет. Был уверен. Впереди его ждёт сектор "приз", где он выбьет свой счастливый хет-трик.

Все, в принципе, так и случилось.

Сначала дева хамила и гнала от себя. Потом дерзила, но уже на выход не указывала.

С увеличением количества влитого внутрь шампанского взгляд Курвеллочки становился мягче, а голос нежнее.

На второй бутылке Дьяволица поплыла окончательно.

Сам Макс весь вечер просидел с одним бокалом вискаря, который едва пригубил. Он не чурался алкоголя, но и не злоупотреблял. Выпивал в меру и только в компании друзей.

Рядом со слабым полом предпочитал все держать под контролем, потому лишь надпивал.

Посмотрев на Курвеллочку в очередной раз и положив свою руку на ее ладонь, Макс вспомнил слова из песни Земфиры:"А девушка - пьяна…а девушка созрела…"

Сигналом к такому умозаключению стало то, что строптивица не оттолкнула его руку и не убрала свою. Положительно отнеслась и к предложению прогуляться.

Одевать любительницу шампанского Максу пришлось самому.

Выйдя из бара на улицу, он решил накинуть на женскую головку капюшон. Приблизился к ней максимально близко.

Дева не шарахнулась в сторону. Смотрела на него своими широко распахнутыми зелеными глазищами игриво-призывно.

От ее манкого взгляда Макса пробил разряд тока.

Он схватил края капюшона, дернул деву на себя и приложился своими ртом к ее.

Она на выдохе немного приоткрыла пухленькие губки.

Он стриггерил на простую физиологию. Вошёл внутрь её рта жёстко, по-хозяйски присваивая.

Она тяжело задышала, застонала и вошла в контакт, обвивая его язык своим.

Дальше по цепочке пошли нейронная и химическая реакции.

До его шале они так и добрались в ритме двух неразлучных целовальников.