— Вообще-то не об этом. Мы с ним следы обнаружили.

— Невиданных зверей? Извини, это нервное. Что за следы?

— Мотоцикла.

Комендант задумался.

— Твоя оценка опасности?

— Не могу сказать определённо, Иваныч. Любая. Может, её и нет. Может, просто местный испуганный выживший.

— Давай я по-другому поставлю вопрос. Ты считаешь, что нам надо повернуть назад? Вернуться, подождать пару дней, пересобрать экспедицию, передумать, отступить?

Теперь настала моя очередь думать.

— Пожалуй, что нет. Кто-то нас заметил, но люди мы отважные, вооружённые. Топим дальше.

— Ну вот и ладненько. Тогда давай так. Раньше мы ехали безмятежно, а теперь будем делать это мятежно. Я всех оповещу через общий канал.

…

— Борт один, к старту готов… — я доложил в рацию и переключив на приём, достал мобильник, набрал Киппа.

— Странник?

— Ты там как?

— Машина в порядке, я в порядке.

— Про следы слышал?

— Да, только ничего не понятно.

— Потому что так оно и есть, ничего не понятно, Кипп. Короче, мы с тобой в авангарде, держи ухо востро. У тебя броник есть?

— Есть. Думаешь нацепить?

— Да. Как притормозим у очередного наноса, надевай. И автомат свой проверь.

— Моё оружие всегда готово к бою.

Мы двигались через мёртвую обледенелую страну, которая совсем недавно была страной людей, государством, миром и жизненным пространством.

Сейчас это были бесконечные нагромождения льдов и снегов, сотни оттенков белого, голубого и кое-где отдельных вкраплений тёмного, того, что не было занесено снегом. Например, большой кирпичной печной трубы с надписью «слава КПСС», мимо которой мы проезжали.

Я был уверен, что Киппу чесалось остановится и откопать, посмотреть, что там под трубой, но нельзя. Мы тут не для этого.

Следующие два часа дорога шла ровно, было с десяток наносов на лёд высотой всего с полметра, такие грейдер вычищал, почти не сбрасывая ход.

Основная колонна, а Климентий показывал её на карте на планшете, двигалась тоже достаточно бойко.

Первые два наноса заняли всего сорок минут. Моё внутреннее беспокойство, ожидание, что случится что-то плохое, никуда не делось. Наоборот, мне казалось, что наш путь проходит слишком легко, а значит где-то кроется крупная проблема.

Но реальность, сама жизнь и судьба, она действует иначе. Когда ты ждёшь, на выбор покажется из-за угла волк или пастух, присылает экипаж ППС. Она показывает, что ты даже не представляешь, чего ожидать и никогда не будешь готов.

Мы, например, оказалось, не были готовы.

Время — половина первого. Нам попался ещё один нанос.

Я проехал по верху, и оказался впереди всех. Грейдер пропустил вперёд снегоуборщика, тот заработал шнеком, прочищая путь для колонны. Кипп оставался позади, наши действия за пару дней уже были отработаны.

Я был впереди и проехал ещё чуть вперёд, чтобы осмотреться.

Матерь наша большой кубик льда… Если это наши неизвестные чужаки, то… дальше мысль терялась.

На холме стоял танк, над которым развивался чёрный флаг, в центре которого желтело пятно. С приличного расстояния рассмотреть ближе не удалось.

Я притормозил.

— Клим, ты считываешь камеры?

— Непрерывно.

— Это то, что мне кажется, это танк?

— Вероятно. Я идентифицирую технику как Т-90.

Я сбросил скорость до скорости пешехода, тем более что коробка передач с функционалом «пониженная» это позволяла.

Я открыл было рот, чтобы спросить совета, но, так ничего и не сказав, закрыл. У кого в нашей жизни можно спрашивать совета? У нейросети, которая ценит твою жизнь не больше, чем жизнь рыжего таракана?

Переключил скорость и разогнался, плавно покатив вперёд. Танк стоял на холме, не занесённый снегом, бортом ко мне, ствол танка смотрел вперёд, то есть не повернут ко мне.

Значит, в теории, если башня станет крутиться и нацеливаться на меня, у меня будет время среагировать, остановиться или, напротив, закладывать зигзаги. Вряд ли из танка легко стрелять по юркой движущейся мишени.

«Ну да, ну да» — пришла ко мне запоздалая мысль, — «а что насчёт пулемётов, в том числе того, что на башне?»

Но я не остановился, а танк не повернул башню. Чем ближе я подъезжал, тем очевиднее становилось, что за танком следят. Расчищают снег, например. Танк если и не обитаем, то под присмотром. Но обитатели никак себя не проявили, так что я неспешно вскарабкался на холм, поближе к машине.

Остановился и когда вышел, только тогда увидел, что ряжом с танком стоит невысокий, но широкоплечий мужик явно монгольского вида. На голове у него был танкистский шлем, но утеплённый мехом. И вообще он весь был дикой эклектикой чукотского каменного века и военной формы.