Поджав губы, я поднялась с лавки. На мне все еще была его футболка, а ноги были в грязи и прилипших хвойных иголках.

— Пойду помоюсь.

— Конечно, а потом отдыхай, — задабривала меня мать. — Вечером отнесешь пирог. Думаю, он уже остынет.

Пирог или Кирилл?

То, как они поступили с ним, по-прежнему не укладывалось в моей голове. А еще я вдруг поняла, что не имела права на ошибку. Я вообще не имела никакого права в этом доме. И если я хочу быть частью своей семьи, то мне придется с этим смирится.

Может, поэтому Дуняша сбежала? Потому что захотела право быть самой собой вернуть себе назад? Ох, как все сложно.

Оставив тяжелые думы, я отправилась в баню отмываться. И заодно стирать свою одежду.

Вечером, как мать и обещала, она всучила мне красиво упакованный горячий ягодный пирог, который мне помогла спечь Анфиска, и отправила к Алешиным. Кроссовки были еще мокрыми, поэтому я обула резиновые калоши, в которых обычно помогала в хлеву. Почему-то появляться в их дворе без обуви стало для меня постыдным. Я вдруг словно осознала, как выгляжу со стороны. Ну точно, дикая.

Дуняша была тонкой тростиночкой в отличии от меня. А про таких как я говорят кровь с молоком. Тугая грудь, покатые бедра, крепкие руки. Почти вся ее одежда была мне мала, но я умудрилась натянуть на себя одно из ее закрытых платьев. Волосы были вымыты душистым мылом и убраны в строгую косу. Я была сама чопорность вперемешку с добродетелью.

Пирог в руках казался свинцовой гирей. Мне было боязно и стыдно туда идти.

Спас на свою голову, называется. Да он меня теперь ненавидит!

Когда я появилась у калитки, дед Савва взглянул на меня беркутом, скривив губы. Я зарделась.

— Извините, а Кирилл дома?

Он все смотрел на меня, а я перетаптывалась с ноги на ногу, чувствуя себя полнейшей дурой. Как он меня еще метелкой не погнал со двора, удивительно.

— Огонек, ты чего не заходишь? — вдруг из ниоткуда появился Никита. — Что это так вкусно пахнет?

— Эээ, это для твоего брата. От моей семьи, — еле слышно проговорила я, отчаянно надеясь, что Никита не станет задавать навязчивых вопросов.

— Да уж, досталось ему, — покачал головой Ник. — Но ты не расстраивайся, ты ни в чем не виновата.

К сожалению, виновата кое в чем. Но уже никогда и никому в этом не признаюсь. Особенно Никите.

На сердце снова стало тягостно.

— Так чего стоишь? Заходи. Кир дома, — Никита ухватил меня за локоть и буквально затащил во двор.

Угрюмый дед Савва не отводил от меня прищуренных глаз, я даже могла поклясться, что он шептал в мою сторону проклятия. Интересно, почему меня еще до сих пор никто не выгнал? Вполне логично, если Савва скажет больше не приходить.

В доме Никита неожиданно заорал на всю гостиную:

— Кир, тут к тебе!

— Да не обязательно прямо сейчас, — шикнула я.

Я не была готова морально. Но было поздно. Фигура его брата появилась в дверях кухни, он посмотрел на меня пристальным взглядом.

В очередной раз я смутилась. Идея с пирогом была просто чудовищно глупой!

Про себя я успела отметить, что его бровь и губа рассечены, на них запеклась кровь.

— Я… Я пришла извиниться за мою семью. Они все не так поняли и… повели себя агрессивно по отношению к тебе. Прости, пожалуйста…

Смотреть в глаза было неловко, поэтому я пялилась в район его груди. Слава Богу в этот раз прикрытый футболкой.

— Это все?

Сумрачный тон и неприветливый взгляд в очередной раз выбили из колеи. Даже не верится, что ночью этот человек проявлял заботу. И не только.

Щеки опять густо зарделись. О нет, Стеша! Только не вспоминай! Хотя бы не при всех!

— Мне правда очень жаль, — чуть не плача произнесла я.

Я не знала, как искупить вину. То, что сделали мои братья, было крайне отвратительно.

Никита, переводил вопросительный взгляд с меня на брата, показывая тому какие-то знаки.

— Не обязательно было так стараться, — Кирилл кивнул на пирог. — В этом нет необходимости. Как и во всем этом нет твоей вины.

— Я… Я просто… — Я не знала, что ответить на это. — Я просто испекла его для тебя. Мне жаль и я в очередной раз хочу сказать спасибо.

— О, ну может ты расскажешь про ваши приключения? — с горящими глазами влез Никита. — А то от Кира не дождешься.

Посмотрев на младшего брата странным взглядом, Кирилл подошел ко мне и забрал пирог.