— Я договорился, — Сумароков присел рядом. — Завтра мне привезут пять огранённых кристаллов прозрачного кварца. Есть ещё обсидиан, но камни не готовы.

— Откуда такой подарок? — приятно удивился волхв.

— Есть у меня должник, — усмехнулся старший соратник. — И так получилось, что из ювелиров. Удачно вышло и с кристаллами. Так что, обсидиан не нужен?

— Знаете, Святослав Бориславич, а почему мы должны отказываться? Пусть будет и кварц, и обсидиан, — подумав, ответил Никита. — Вряд ли баронесса уже завтра захочет навестить своего Аморуччо. Спит интуиция. Время у нас есть. Если ваш должник успеет огранить обсидиан, будет очень хорошо. Дополнительные артефакты не помешают.

— Хорошо, я вечером сделаю ещё один звонок, — кивнул Сумароков. — Но за этот заказ придётся заплатить.

— Выдадим из Орденской кассы, — решил Никита.

— А она уже есть у нас? — граф заинтересованно поглядел на молодого человека.

— Есть. В будущем планирую открыть счёт в банке «Золото Туры».

— Первый раз о таком слышу, — удивился Сумароков.

— Князь Владимир Строганов учреждает его, и скоро будет открытие. Я — соучредитель.

— Владимир… Это же сын Андрея Егоровича?

— Да.

— Какие у вас отношения?

— Братские и союзнические, — улыбнулся Никита.

— Очень умно и дальновидно, — поощрительно произнёс граф. — Род Строгановых, смотрящий за уральскими землями, хорош в подспорье. В спину не ударят, если возникнут неприятности с высшим кланом.

— Вы говорите о Меньшиковых? — догадался волхв.

— Да, — открыто заявил Сумароков. — В перспективе я хочу, чтобы ты держал дистанцию и не подстраивался под их желания. Особенно, когда на престол взойдёт Владислав Александрович. В силу своего возраста он захочет резких изменений в политике, и для этого привлекает молодых дворян в будущий Кабинет. Я знаю, что цесаревич хочет видеть тебя министром всех магических структур Империи.

— Я отказался от министерского портфеля, — улыбнулся Никита. — Но советником обещал быть.

— Напрасно, — граф закинул ногу на ногу, сцепил пальцы рук на колене. — В твоём положении как раз полезно быть во власти. Иначе Коллегию Иерархов просто так не реорганизовать. А нам нужны именно не закоснелые в старых парадигмах выпускники, а современные, умеющие мыслить нестандартными категориями, маги. Я бы сказал — техномаги. Твой медицинский центр уже вызывает огромный интерес в Европе. Ещё никто к тебе с предложениями не выходил?

— Не поверите, Святослав Бориславич, никто, — удивлённый таким заявлением откликнулся Никита.

— Странно, — пошевелил пальцами граф, и на миг золотой перстень с сапфиром сверкнул на солнце. — Очень странно. Видимо, где-то идёт обрыв коммуникации. Обычно запросы уровня государственного интереса направляются в МИД, и наши чиновники решают, нужно ли допускать иностранцев на стратегические предприятия. А твой Центр уже является таковым. Нет ли здесь прямого указания императора?

Никита был уязвлён. Выходит, он многого не знает. С иностранцами ему хотелось пообщаться. Вдруг найдутся грамотные и умные специалисты, которые подскажут интересные идеи. Продавать технологию изготовления биокапсул, как и само оборудование, он не собирался, дав себе срок в пять лет, чтобы быть абсолютным фаворитом в мире. А там будет видно. За деньгами барон Назаров не гнался, и отдавать первенство в освоение столь ценной биомагической технологии не горел желанием. Но и в коконе прятаться — не самый лучший способ. Контакты с иностранцами нужны, безусловно. А ещё пора создавать службу технологической безопасности, каковая сейчас есть в «Изумруде» и «Граните». Надо поговорить со спецами, пусть организуют курсы подготовки для будущих «безопасников».

— Возможно, и есть, — очнувшись от мыслей, согласился Никита. — Меньшиковы вложили большие деньги в проект и ожидают в скором будущем прибыль. Конечно, они боятся технического шпионажа со стороны европейцев, поэтому будут всячески препятствовать моим контактам, не ставя меня в известность. Ладно, это сейчас не самая большая проблема. Других дел полно.

— Когда ты собираешься создать магический пост в Шлиссельбурге? — вернулся к главной теме граф.

— Да хоть завтра, — откликнулся до сих пор находящийся в раздумьях Никита. — Группа уже сформирована и экипирована, ждёт только моего сигнала. Святослав Бориславич, пока из головы не вылетело… мне нужны два боевых волхва по линии контрразведки. В помощь Возницыну. Он будет подстраховывать нас на верхнем слое бытия. Мало ли как дело пойдёт. Вдруг баронесса придёт не одна.

— Двух боевых волхвов? Я поговорю с Житиным, — Сумароков встал, а следом за ним и Никита. — Давай, сделаем так. Вызывай группу и жди моего звонка. Я согласую с комендантом крепости некоторые моменты, чтобы вас пропустили внутрь. Сколько человек с тобой будет?

— Шестеро

— Хм, большая камера потребуется, — пошутил граф. — Возможно, придётся не один день в ней находиться.

— Главное, чтобы рядом с Висконти и Маккартуром, — напомнил Никита.

— Это уже сделали. Англичанина перевели поближе к дружку баронессы. Они находятся в изолированном крыле, как ты и просил.

— Отлично. Тогда буду ждать вашей отмашки. Кто курирует операцию кроме генерала Житина? Наверное, мой тесть?

— Угадал, — усмехнулся Сумароков. — Каждый день звонит, требует отчёта.

— Надо бы к нему заехать, успокоить, — заволновался Никита. — Как бы дров не наломал. Не его это специфика.

— Не будет лишним, — согласился граф.

Они миновали входные ворота, остановились, чтобы пожать друг другу руки и расстаться. Граф приехал на своей машине, и как только подошёл к ней, незримо сопровождавшие его телохранители тут же оказались рядом. Слон и Москит ничуть ни хуже умели быть возле хозяина в качестве невидимок. Первый распахнул заднюю дверь «Руссо-Балта» перед Никитой, а второй занял место водителя.