Дар Земле
вернуться

Бальмонт Константин Дмитриевич
Шрифт:

Полночь в цветке

Крылом старинный ворон веял На черноту твоих волос, Твои тихий взор в себе взлелеял Обрывок тучи дальних гроз. Я подошёл к тебе без слова, От сердца к сердцу был магнит, И чувства древняя основа В душе мгновенно говорит. Влиянье всех неисчислимых Веков, что где-то жили мы, Как пламень, проглянувший в дымах, Пронзило в сердце скрепу тьмы. Я знал, волнуясь и волнуя, Я знал, бледнея и любя, Что неизбежность поцелуя Желанной будет для тебя. Взошла Луна, светясь медвяно, Дышала долгим гулом мгла, И чаша чёрного тюльпана Раскрытой страстью расцвела.

Вишня

Ты стройной вишни белый цвет, И чарой весь твой лик одет, Я так хочу, чтобы пчела В тот нежный цвет свой путь нашла. Пчелиных крыл хрустален звон, К тебе всё ближе, ближе он, Раскрой же чашечку цветка, Чтоб пела сладкая тоска. Тот поцелуй златой пчелы Есть жало ласки, песнь хвалы, А после, в улье, в свой черёд Сгустится жёлтый пряный мёд. А после, вишни белый цвет Мелькнёт как ягод алый бред, И в нас вином войдёт в свой срок Душистой вишни красный сок.

Роза

Ты юная Южная роза, Тебя я не мог не заметить, Судьбы роковая угроза Велела мне алую встретить. Судьба угрожает, но нежно, Гремучей раскинуться тучей, Овеять расцвет твой безбрежно, Звучать как источник певучий. Вот молния в сердце разъятом, Я жду твоего поцелуя, И дождь пробегает по скатам, Рыдая, звеня, и ликуя.

Если б

Если б Солнце было голубое, Если б небо стало золотое, Алыми раскинулись бы травы, А цветы мерцали б изумрудом, – Мир явил бы светы новой славы, И любовь была бы новым чудом.

Сафир

В твоих глазах есть зыбь сафира, Твоё мне нравится лицо. Но вот соблазн великий мира: – Сиянье этого сафира Хочу в моё вковать кольцо.

Цельность счастья

Цельность счастья, это – счастие вдвойне. Это – волны в убегании к волне, Это радость, после мрака долгих лет, В полном цвете между листьев первоцвет. Цельность счастья, это – тихий синий взор, Отражающий безмолвие озёр, Там глубоко, там в прозрачности, на дне, Талисман, и он один, и весь он мне.

Три птицы

Летела птица голубая, Все выси обогнула смело, И тьма редела, уступая, И тень земная голубела. Летела птица золотая, Зарёю расширялись крылья, И в душу лился, ниспадая, Медвяный дождик изобилья. И третья птица молодая Летела алым самоцветом, Весь мир был праздником, блистая, Но я лишь гостем был при этом. И не успел игрой узорной Я насладиться до забвенья, Как пала тень от птицы чёрной, И в вечность кануло мгновенье.

Видение

Я видел цвет полураскрытый В весну влюблённого тюльпана. Но я ушёл тропой пробитой, Был праздник кончен слишком рано. Я видел птичку голубую Средь изумрудного сплетенья. Но я в безмолвии тоскую, Лишь миг один я слышал пенье. Я видел сон: – За быстрой серной Я, серной, мерял ширь простора, Я с ней бы счастлив был наверно, Но сон растаял слишком скоро.

Непобеждённый

Ты для того меня взманила В певучий сад, Чтоб в сердце задрожала сила, И брызнул звонкий водопад? А ты, взмахнув крылами павы, Среди куртин, Вспорхнула, дав мне вкус отравы. Забыв, что пред тобой павлин. Но ты забыла, что свеченье Стооких звёзд Средь птиц – моё лишь означенье. Что мой цветной пышнее хвост. Вся радость радуги со мною. И все цвета, И чуть я веер свой раскрою, Как с неба смотрит Красота.