Я, по-прежнему буду числиться в сидящих на коротком поводке клоунах и, тьфу-тьфу-тьфу, буду чувствовать себя, пусть в относительной, но всё-таки безопасности.

– Ребят!
– Я поднял руку, привлекая к себе внимание.
– Сразу хочу сказать, что не претендую ни на какие материальные блага.
– Заявил я. И, под удивлёнными и недоверчивыми взглядами товарищей, пояснил.
– Отомстить этим зарвавшимся блядям считаю делом чести. Но вот грабить и вымогать... В общем, хотите смейтесь, хотите нет, но это ниже моего достоинства.

– Эльф, ты дурак?!
– Экспрессивно воскликнула Вэймин.
– Ты хоть понимаешь, о каких суммах идёт речь?!

"Ещё как"!
– Про себя усмехнулся я.

Но вступать в бесполезные споры не стал и лишь индифферентно пожал плечами. Мол, как хотите, так и думайте. А мне, витающему в облаках венценосному придурку, абсолютно по барабану.

– Хватит об этом!
– Я сложил руки на груди, давая понять, что не желаю обсуждать собственное решение.
– Или, если кому-то неясно, занимайтесь этим делом без меня!

Вэймин как-то сразу притихла и поспешно отвела глаза.

– Извините, Ваше Высочество.
– Запинаясь, смущённо пробормотала она.
– Влезла не в своё дело.

– Ладно, забыли.
– Подвёл черту по этой неловкой беседой я. И, желая побыстрее перевести разговор в другое русло, предложил.
– Может, не будем сидеть здесь всё время и выберемся в Токио?

– Как скажете, Ваше Высочество.
– Склонив голову, выразил всеобщее согласии бывший Император. И, обращаясь уже к Леське, мягко улыбнулся.
– Куда нас выведет маленький проводник?

– Хочу в зоопарк!
– Ни минуты не сомневаясь, выпалила Леська.
– Всё равно, пока всё подготовят, делать нам нечего. Так, пойдёмте, хотя бы на слонов и обезьянок посмотрим!

Кэтрин Стоун была вне себя от ярости. Мало того, что лицо, превратившееся в отвратительную маску, сравнимую разве что с ужасной мордой Фредди Крюгера* (*Отрицательный персонаж фильмов ужасов, имевший отталкивающую внешность) никак не хотело заживать. Так ещё и все попытки отомстить, вернее, воздать по заслугам этому мерзкому слизняку, Принцу Генриху и его шлюховатой узкоглазой невесте, а так же восстановить справедливость, раз за разом терпели фиаско.

При этом, подобно снежному кому, обрастая всё новыми и новыми, не приносящими ничего, кроме злобы и разочарования, и всё больше и горше уязвляющими самолюбие, поражениями.

Впустую тратились огромные средства, гибли люди, вовлечённые её волей в этот, давно вышедший за пределы разумного школьный конфликт, что заставляло униженную и изуродованную Кэтрин бесноваться и не находить себе места.

Мысль о том, что изначальной виновницей и инициатором происходящего безумства была она сама, как-то не приходила взбалмошной высокопоставленной дурочке в голову. Ещё бы! Это же ОНА! Прекрасная и несравненная КатИ. Любимица отца и всех родственников, копия матери, всегда бывшая первой.

До тех пор, пока на её, свернувшем вдруг куда-то не туда пути, не встала эта мерзкая и отвратительная жёлтокожая сучка. Поду-у-умаешь, дочь Императора! Предводителя низкорослых макак, с кривыми зубами и такими же неровными и, не вызывающими ничего, кроме отвращения, ногами.

Нация ублюдков, не имеющая оснований назваться людьми и годная лишь на то, чтобы сидеть у себя на островах и не вставать на пути у истинных хозяев этого мира! Единственных, кто заслуживает звания настоящих аристократов. Ведь велик и достоин править лишь тот, у кого есть деньги.

Настоящие, огромные суммы, дающие то, к чему должно, обязано стремиться каждое разумное существо. То есть власть! Которая, благодаря капиталам семьи и её, бесспорно исключительному положению, должна принадлежать таким, как она! А не этим... пережиткам прошлого, чьё, в кавычках, "величие", заключается лишь в "древности рода" и многим поколениям "благородных", опять же, в кавычках, предков.

Возможно, в дикие и далёкие времена, пра-прадедушки Аими и её, так наызываемого женишка, и вершили судьбы наций, но - увы!
– их поезд безвозвратно ушёл. И теперь, каждый мыслящий человек понимает, что главный тот, у кого сила. А что это такое в наше время, понятно даже последнему чернокожему наркоману из засцанного и заблёванного гетто, где-нибудь на задворках Нью-Йоркского Гарлема или героиновых кварталов Филадельфии.

Конечно же, это деньги! Те самые милые сердцу любого и так приятно шуршащие бумажки. Ну, или так греющие душу светящиеся цифирки на экране банкомата.

Ведь, только благодаря им, презираемым на словах и так нежно любимым в душе, и движется всё в этом, так прекрасно и логично устроенном мире. Расставляются приоритеты, каждому указывается его место и тот, кто поумней, всегда готов услужить более могущественному. Ну а удел остальных, подвергаться презрению и остракизму.

И, разумеется, знать своё место. Скромно молчать и, ни в коем случае, не высовываться. Выпячивая свою, не заслуживающую абсолютно никакого внимания и ничего из себя не представляющую фигуру, на первый план. Заслоняя тем самым таких, как Кэтрин и её, более бедных но, всё-таки, принадлежащих к свите, подруг.