Беседовали наставница и ученица между собой, разумеется, по-японски. Но это не помешало Кэтрин Стоун, уже вечером получить запись разговора, любезно предоставленную одним из тайных недоброжелателей Аими. Само-собой, в обмен на довольно-таки кругленькую сумму.

Но, разве такие мелочи могут остановить ту, чей отец может купить десяток таких вот, игрушечных королев, не испытывая при этом абсолютно никаких денежных затруднений?

В глазах наследницы клана Стоун, жизнь и судьба Аими была сравнима с коробком спичек. Ну, или пачки салфеток. Во всяком случае, именно так она старалась думать о той, что не захотела добровольно примкнуть к её свите, заняв предложенное и подобающее ей, второе после Кэтрин, место.

Прослушав перевод разговора, и поняв, что "стучать" на неё стали не из страха, а из-за брезгливости, Кэтрин разозлилась неимоверно. А осознав, что ни высокомерная сучка ни, тем более, одна из преподавательниц Академии, не считают её равной дочери Японского Императора, молодая Стоун пришла в неописуемую ярость.

"Вот значит как"!
– Буйствовала Кэтрин.
– "Ровнёй меня не считаешь"!
– Девушка, как тигрица, металась по комнате, то и дело зажигая файерболы. Которые, в целях элементарной безопасности выкидывала в окно.
– "Ты настолько уродлива и безобразна в своём заносчивом высокомерии, что я просто не знаю, что с тобой сделаю, подвернись малейшая подходящая возможность"!

Приступ бешенства не остался незамеченным окружающими. И вскоре, должным образом отреагировав на вспышки огненных мячиков к квартире Кэтрин прибыло несколько преподавателей, во главе с классной дамой, миссис н-Гвана, имевшую позывной "Чёрная Мамба". Мастер сержант, следовавший по пятам за наставницей, с некоторой опаской смотрел на излишне взволнованную девицу, сжимая в огромной потной ладони стреляющий ампулами с успокоительным пистолет.

– У вас всё нормально, курсант Стоун?
– Обеспокоенно поинтересовалась Мамба.

– Да, мэм.
– Раздосадованная до невозможности тем, что вынуждена подчиняться "простушке", да ещё и по определению принадлежащей к низшей расе, сквозь зубы выдохнула Кэтрин.
– Я... Я немного разнервничалась.

– В таком случае, вам просто необходимо пройти медицинское освидетельствование.
– Не растерявшись, твёрдо констатировала Мамба.
– Отслеживание душевного состояния вновь прибывших в Академию одарённых и выявление любых возможных отклонений, одна из главных задач всех преподавателей Военно-Магической Академии.

– Я не... я не сумасшедшая.
– Поняв, что слишком уж начудила, испуганно пролепетала Кэтрин.
– Просто, настроение такое...

– Нисколько в этом не сомневаюсь, уважаемая мисс Стоун.
– Мягко, словно разговаривая с ребёнком, или слабоумным, проворковала классная дама.
– Но, всё же вынуждена попросить вас пройти с нами, побеседовать с психологом и сдать все положенные в таких случаях анализы.

Под прицелом доброго десятка обеспокоенных наблюдателей, для убедительности державших в руках иньекторы, Кэтрин согласилась покинуть предоставленную ей администрацией Военно-Магической Академии квартиру и, во избежание недоразумений, следующую неделю провела в медицинском изоляторе.

Что, как ни крути, не добавило ей любви к "этой наглой и поганой высокородной выскочке". О шавках, натравленных на Принцессу и просидевших за это, следующие семь дней в карцере, она даже не вспомнила. Зато хорошо зарубила в памяти все мнимые и высосанные из пальца обиды. Которые - и это не обсуждалось!
– требовали скорой и страшной мсти.

Через некоторое время, сымитировав ровное и спокойное поведение, Кэтрин покинула лазарет. Конечно же, ни о какой действенной терапии речи не шло. Ведь все прописываемые ей таблетки, выпитые под присмотром бдительной медсестры, она, едва взяв в рот, тут же телепортировала прямиком в отрытую, по причине тёплой сентябрьской погоды, форточку.

Той же, проверившей, не спрятано ли лекарство под язык, и в голову не могло прийти такое изощрённое коварство. Ведь подобное отношение к собственному здоровью не свойственно большинству мыслящих существ.

Правда, можно ли отнести личностей, подобных Кэтрин, к этой категории - та ещё загадка.

Следствием этого, в общем-то, незначительного инцидента, было то, что на контакт с классной дамой Кэтрин, миссис н-Гвана, вышел отец попавшей в мед-изолятор Кэтрин. И поставление её на довольствие. И, надо сказать, что зарплата, которую платил Чёрной Мамбе озабоченный безопасностью дочери мистер Стоун, даже немного превышала оклад, положенный ей в Военно-Магической Академии.

Собственно, "ничего такого" американский миллиардер не требовал от скромной преподавательницы. Просто, раз в неделю присылать ему отчёт об успеваемости подопечной. Ну и, естественно, вкратце описывать события, непосредственной участницей которых пришлось стать его девочке.

Кэтрин же, выйдя из медпункта, сменила тактику и начала распространять грязные слухи о мнимой сопернице. Которая, к слову, едва замечала наличие так называемой конкурентки. Так как делить с Кэтрин ей было попросту нечего.