Даниэла помедлила, длинная ладонь с ухоженными пальцами небрежно поправила волосы цвета вороного крыла.

— Считаешь меня будут целенаправленно искать и мстить?

С моей стороны последовал кивок.

— Не исключено. Патриархи и их приближенные никогда не отличались особой мягкостью, тем более всепрощением. Мстительность в характере многих князей. Если узнают, что ты была не просто наемницей, а активно мне помогала, то до тебя обязательно попробуют добраться, — помедлил. — Или сделают это через твоих родных.

Опытный боец сил специальных операций, не раз побывавший под огнем, участник многих опасных заданий — Даниэла понимала, о чем речь и поэтому взяла паузу на обдумывание.

— Отец сможет о себе позаботиться, — уверенно сказала она. — Что касается остального, то князья и лорды должны понимать, что это ситуация с двухсторонним движением. Не только они умеют убивают, и не только у других есть близкие люди. Их жены и дети так же живут открытой жизнью, посещают магазины, обедают в ресторанах, ездят по городу. При желании до них тоже можно добраться.

Я хмыкнул. Забавно, но это была практически моя мысль. Власть предержащие зачастую недооценивали свою уязвимость, считали, что могут угрожать, не понимая, что до их родных тоже можно добраться.

Возможно не так легко, как обычного человека, но все же можно. Жена, сын, дочь, братья и сестры, родители, другие родственники, даже друзья-приятели — все могут попасть под удар. При желании можно устроить настоящую резню, выкашивая всех так или иначе связанных с конкретным человеком, до того считавшим себя в привилегированном положении.

В конце концов, всех не спрячешь под надежную охрану. Разве что запихнуть в бункер. Но и туда при сноровке можно запустить ядовитый газ, превратив «безопасное» убежище в братскую могилу.

Жестоко? Возможно. Но как говорится: с волками жить, по волчьи выть. Не нужно подставлять щеку, если ударили, надо бить в ответ. Убили твоего близкого, убей близких убийц. Кровь за кровь. Вот так вот все просто.

— И тем не менее, это не твоя война, — не знаю зачем все же сказал я. Точнее знал зачем, и даже почему, но не хотел в этом признаваться.

Страстная латиноамериканская красавица стала неожиданно близким человеком, которого не хотелось терять. Даже Хлад внутри ничего не мог поделать с внезапно возникшими чувствами. Наверное, это была еще не любовь, но уже точно привязанность.

Забавно, никогда не думал, что такое скажу. Тем более признаюсь в этом себе. Может это возрастное? Мне всего восемнадцать, скоро девятнадцать, говорят в этом возрасте влюбчивость очень сильна, и я всего лишь поддался гормонам.

И даже Хлад не помог. Хотя нет, помог, иначе не смог бы сейчас рассуждать об этом с такой отстраненностью.

— Ты меня прогоняешь? — Даниэла обошла и теперь стояла передо мной, глядя в глаза.

Я выдержал взгляд, помедлил.

— Предупреждаю.

Черноволосая красотка упрямо тряхнула головой.

— Я остаюсь.

В короткой фразе прозвучала вся непреклонность привыкшего рисковать жизнью бойца колумбийского спецназа, по праву считавшегося одним из лучших на территории Латинской Америки.

— Хорошо, — я серьезно кивнул, отдавая должное ответу взрослой личности, принимающей ответственность за собственную жизнь. И за возможные последствия принятого решения.

Даниэла обошла меня и села на другой стул. Небольшой столик из легкого пластика стоял между нами, на нем все еще оставалось большая часть несъеденного завтрака: свежие булочки, омлет с зеленью, кусочки жаренного бекона. В запотевшем графине апельсиновый сок, в аккуратных маленьких чашечках лениво плескался черный, как битум кофе.

— Еще? — Даниэла взялась за ручку кофейника, заметив, что в моей чашке кофе почти на исходе.

— Спасибо, — поблагодарил я и вновь перевел взгляд на экран планшета с новостями.

— «Продолжаются боевые действия между кланами семьи Грей и Саграси. В настоящий момент известно о многочисленных жертвах с той и с другой стороны, но несмотря на это противники не высказывают желания остановится. Хотя обеим кланам нанесен огромный экономический ущерб, все наблюдатели заявляют о безусловной поддержке дальнейших боев, какую бы за это не пришлось заплатить цену»

Пошли кадры с полыхающей грузовой баржой в заливе Сан-Франциско. Следом показали затонувший танкер на подходе к порту Нью-Йорка. Обе атаки провели диверсионные группы, в первую очередь пытаясь нарушить морскую логистику, тем самым лишая соперника доходов.