Ту самую кафешку, куда мы с ней часто ходили во времена моего «заточения» здесь, я не нашла. На ее месте стоял огромный энергоблок с надписью: «не входить. опасно». В ожидании азари, мы засели за первое попавшееся нам на глаза заведение рядом со штабом СПЕКТРА.

— Чувствуешь здесь что-нибудь? — каждый раз спрашивала я у нее, находясь на этой станции.

— Только эхо смерти. Этот постоянный шепот, — вновь попыталась Джилл вслушаться.

— Смотрю, уже можешь выстоять, — прошлый раз помнится её мутило даже от слабого эха. — Видишь хранителя?

— Да…

— Что скажешь о нем?

— Ну… — сосредоточилась она на насекомообразном существе рядом с панелью. — Странно… Оно как будто пустое.

— Неплохо, Джилл. Весьма неплохо. Как продвигаются дела с мечом? Скажешь, когда будешь готова к настоящему спаррингу.

— С вами? — ошарашенно спросила она, словно здесь есть ещё владеющие световым мечом. — Ой, то есть, да… Подучусь еще немного.

— Что-то она долго. Пожалуй, пока пройдемся ещё. Узнаем последние вести.

По нашим карточкам нас впустили в медиа центр за штабом, где собирались репортеры со всех уголков необъятной. С последнего моего визита шума здесь не убавилось. Найдя места возле информационного уголка, мы узнавали о жизни за пределами Цитадели. В экстранете ничего такого не писали. Никакого упоминания о надвигающейся войне. Нигде не замечены неопознанные летающие объекты, никаких упоминаний о терактах «Цербера». Из интересного обсуждалась активность в Вуале Персея. Мигрирующий флот собирал весь свой флот в одном месте. Эксперты заявляли, высока вероятность, что кварианцы предпринят попытку вернуть свой дом. Пока до боевых столкновений дело не дошло, но в ближайшем будущем там точно станет опасно. Также опасения приходили из Свободных Систем Терминуса. Батарианская Армия Освобождения вновь дала о себе знать.

«Каковы будут действия Совета? Нужно ли провоцировать Гетов? Необходимо остановить зверства батар!», — обменивались комментариями читатели.

Кварианцы и геты… Пожалуй, о них я знаю слишком мало. Их не так уж и часто встретишь. Могу вспомнить лишь Тали. Интересно, чем она сейчас занята? По-моему, она была не так уж старше Джилл, когда помогала нам против Сарена и его армии гетов.

— Вау! Вас и не узнать. Хе-хе, — наконец-то вернулась Нойша. — Белый цвет? Круто.

— Что сказал Совет? Можем продолжить поиски?

— Ага. Первые находки с той мрачной дыры кажется впечатлили начальников. И дня не прошло, что удивительно. Кстати, доктор Т’Сони отправила запрос по нашему делу и просит тебя посетить одно место. Ты ведь не забыла, что ты до сих пор консультант?

Мое уныние слегка улетучилось от услышанного. Весточка от Лиары о протеанских руинах на Марсе, где были обнаружены следы Инусаннон, нужно было срочно проверить.

— Эй. А как же отдых?

— По пути отдохнешь. Пошли.

— Эх… Надеюсь доктор Т’Сони нашла что-то действительно важное.

Марс. Четвертая планета Солнечной системы

После открытия возможности путешествий на сверхсветовых скоростях развитие Марса, предназначенного когда-то для колонизации и терраформирования, остановилось. На южном полюсе планеты сохранился исторический заповедник, созданный на месте найденных там протеанских руин. Заселение и развитие планеты заморожено ввиду того, что поиск протеанских артефактов продолжается. И наш путь пролежал туда.

Прилетев, мы сразу столкнулись с разбушевавшейся песчаной бурей вокруг заповедника. С высоты было трудно увидеть сам заповедник. Так как планета будет не пригодна для жизни еще много лет, мы выходили на поверхность в скафандрах, где буря набирала обороты. Несмотря на всю опасность, эта планета ощущалась намного живой, нежели Цитадель. А вид горизонта с огромной надвигающейся лавиной песка поражал воображение. В чудовищной мощи стихии я всегда находила некую умиротворенность, ведь так и должно быть.

На подступах к наружным вратам заповедника мы никого не застали. Наглухо закрытый объект не принимал у себя гостей. После инцидента с «Цербер» все проекты касательно протеан были засекречены. В комплекс можно было зайти, лишь имея высокий доступ, где нас и встретил Джон Шепард с двумя бойцами. За те два года он кажется слегка поднабрал, появились морщины вокруг глаз. К слову из спектров он не был единственным. Как говорила Нойша, сейчас никого не удивишь землянином в их рядах. Вместе с ним был старый смутно знакомый человек с горой мускул и ещё одна женщина.

— Куратор С’Лоана, как долетели? — добродушно начал Шепард.

— Быстро. Слишком быстро, — намекая об упущенном отдыхе, и посматривая на меня, ответила Нойша.

— Джон Шепард, — поприветствовала я мужчину.

— Митра Сурик? Что ж, я не удивлен.

— Кхм-кхм, Шепард, — откашлялся его напарник.

— Знакомьтесь, спектр Джеймс Вега.

— Пока только стажер, — улыбнулся здоровый мужчина моложе Джона.

— И спектр Кику Тамико.

— Рада знакомству, — слегка поклонилась женщина.

— Что нашли? — не стала я ходить вокруг да около.

— Доктор Т’Сони и доктор Нувани вам всё покажут, — позвал за собой Шепард.

После буферного шлюза, наконец можно было снять шлем и подышать полной грудью. Секретный научный комплекс «Светоч Прометея» не мог похвастаться просторами и напоминал тот же подземный город Протеан только в малых размерах.

Археологическая лаборатория под заповедником представлял собой специализированное научно-исследовательское учреждение, предназначенное для изучения и сохранения древних артефактов и останков. Она располагалась вокруг центрального энергетического стержня в подземном пространстве, что обеспечивало оптимальные условия для работы с чувствительными к свету и температуре материалами.