Что можно сказать достоверно — это увеличение бета-активности при снижении альфа-активности, что свидетельствовало о росте психоэмоционального напряжения, проявлении тревожных состояний. Оттого мне не спроста они все показались какими-то взвинченными. Зато каждый из них был твердо убежден, что они на правильном пути. Нужно всего-то больше сновидений.

Пытаться понять Силу через науку — то еще гиблое дело. Даже у нас многие до сих пор придерживаются теории о мидихлорианах, разумной микроскопической формы жизни, находящихся внутри всех живых существ, которые и способствуют появлению чувствительности к Силе. Я никогда не интересовалась Силой с этой точки зрения, поэтому не могу сказать, насколько это правда. Чтобы не зря терять время я вызвалась «добровольцем», все равно нужно прочитать этот куб. Меня усадили на удобную кушетку в соседней изолированной комнате, потом прикрепили датчики к вискам, идущие от огромного аппарата-посредника куба с той стороны.

— Расскажите поподробнее, как вы пытаетесь расшифровать сигналы?

— Когда вы уснете, мы подключим датчики от куба, — говорила доктор Уайт, показывая мне аппарат с множеством проводов с присосками на концах.

— Давно вы этим занимаетесь, доктор Уайт? — попыталась я разговорить её, чувствуя в ней отстраненность.

— Я здесь уже десять лет, — со скрываемой гордостью ответила она.

— Сколько времени это займет?

— Примерно восемь часов, спектр С’Лоана. Потом время на анализ полученных данных и опрос испытуемого после пробуждения.

— Ладно. А с Митрой ничего случится, она же просто заснет, да?

— Да.

— Ну что, Митра, сон тебе и правда не помешает. А нам, тогда что делать? — спросила про себя Нойша, глядя на Лиару и Трию.

— Пройдемте в другую лабораторию. В отличие от артефакта Инусаннон, дела с протеанским архивом идут куда лучше. Мы смогли извлечь и восстановить инженерные чертежи, — воодушевлённо ответила Трия.

— Да, там много интересного: некоторые образцы военной техники, кораблей, схемы компьютеров. Похоже, Марс служил неким резервным хабом с базой данных на случай... Вы знаете, — не стала договаривать Лиара.

— О, это уже что-то. Джилл, ты с нами?

— Я останусь с ней.

— Хорошо, не скучайте.

Вместе с нами остались лишь трое из персонала и женщина спектр, которая была с Шепардом.

— Для начала проведем тесты. А потом…

— Это зачем? — резко схватила я руку доктора Уайта, когда она подошла со шприцем.

— Перед процедурой нужна будет ваша кровь для анализов. Я должна убедиться, что с вами все в порядке. Куб отнимает много сил и, если у вас низкий уровень показателей эритроцитов, вы можете впасть в обморок. Такое уже бывало.

— Обойдусь. Дайте мне шумоподавляющие наушники и всё, — Доктор Уайт смерила меня непонимающим взглядом и всё же отошла к аппарату.

Хотя, возможно стоило попросить у них нечто, помогающее концентрироваться. Но ладно, лучше обойтись без помощи медикаментов.

— Джилл, и ты попробуй что-нибудь узнать.

— Я едва чувствую колебания Силы, учитель. Так что, я просто подожду вас.

— Медитировать не будешь?

— Нет. Мне здесь не нравится.

— Сейчас вы почувствуете холод… — вернулась доктор Уайт с шлемом в руках.

— И это тоже не надо.

— Но… Так вы быстрее заснете, — попыталась она возразить.

— Уберите.

Джилл права, не надо здесь задерживаться. Так, пора заснуть... Вдох – выдох… Вдох – выдох… И вдох… И выдох…

***

Как правило мы лишь безучастные зрители собственных снов. Но с Силой есть способ взять «сюжет» сна под контроль и заниматься там чем-то близким к осязаемому. Раз я уже сталкивалась с подобным хранилищем знаний и уже умела входить в транс, то процесс должен был быть знаком. Насколько я поняла с той планеты, данные Ину передаются как воспоминания и воспроизводятся только во сне или в неких ощущениях дежавю, озарений в наяву. По всей видимости я уже нахожусь во сне. Осталось соединиться с кубом. Люди упоминали о коридоре, похоже, стоит его поискать.

Долго ждать не пришлось, хотя не берусь утверждать, сколько времени я просто находилась в нигде, когда резко «упала» посреди наглухо закрытого пространства без гравитации и тепла. Я просто плавала в океане пустоты, как вдруг впереди замаячила белая точка. С течением времени она словно приближалась, разрастаясь в размерах. Да, это был проход, и пройдя через него, я попала в другой длинный коридор, по обе стены которого возвышались ранее увиденные статуи Ину с затерянной планеты.

— Приветствуем тебя, странник, постигший тайны «Пути», — отовсюду раздавался многократный шепот. — Мы поведаем тебе о нашей скорби. Выстоишь ли ты или сгинешь, зависит только от тебя.

К безосновательным предостережениям я давно отношусь с неким скепсисом. Да, это глупо, но нет времени на сомнения. Собрав мысли воедино, я ускорила свой полет. Пейзаж вокруг постепенно начал меняться. Позы статуй менялись, покрывались трещинами, стали видны следы от огня, взрывов, льда, плесени, а потом от них и вовсе ничего не осталось – лишь пыль.

— Мы – Ину, свергнувшие Тиранов и коснувшиеся до звезд.

— Века мира и процветания затупили разум и дух...