Радим отрицательно покачал головой.

— Зачем мне это?

— Дурак, — выдал Мирион с небольшим, едва заметным акцентом, и резко вскинул руку.

Вокруг колдуна встали сразу десяток его точных копий, которые разом ударили по ним рунами. Они были быстры, но Радим еще быстрее. Он ушел с линии атаки, одновременно вытягивая кукри. Взмах, и первый двойник расползается на туманные лоскуты.

А вот Старостину не повезло, его атаковали сразу шестеро, причем использовали руну копья вечности. Полковник увернулся от роя метровых энергетических штырей, руна из высших и способна работать по площади, накрывая приличное пространство. Те, что прошли мимо, ударили в стену, выбив из нее осколки камня. Но последнее копье, легко пробив выставленный щит, ударило Сергея в левое плечо, пробив его насквозь и пригвоздив к двери. Та загудела, а потом вспыхнула алым. «Все, конец скрытному продвижению, хозяева уже в курсе, что у них гости», — мелькнула в голове Вяземского шустрая мысль и исчезла. Некогда ему было отвлекаться на этот вопрос.

Светана ушла из-под атаки и, прикрывшись щитом, хлестнула одного из двойников огненной плетью. Не сказать, что частая вариация огненной руны, поскольку сложная, огнешар выпустил и забыл, а плеть — оружие контактное, и чем выше концентрация, тем оно дальше бьет. В этой небольшой комнатке ее применение не сказать, что было обосновано, слишком мало места, но ведьма орудовала ей столь виртуозно, что умудрилась захлестнуть огненной петлей шею одного из фантомов и развалить кончиком хлыста лицо другого. Оба расползлись как клочья тумана.

Радим же ворвался в строй противника и устроил копиям Мириона настоящий геноцид. Убивать их было очень просто, они работали исключительно рунами в небольшом помещении в тесном контакте, в итоге двух из них спалили свои же, остальных распластал Радим. Вот только Мирион ушел, нырнул в зеркало и закрыл за собой канал. Последним Радим убил того, что ранил полковника. Стоило ему пойти туманом, как тут же развеялось копье вечности, и Старостин со стоном рухнул на пол. Тут же в комнате возник подполковник Пряхин и уставился на стонущего шефа.

— Что тут случилось? Отчего тревога сработала?

— Мирион тут случился, — ответил сквозь зубы начальник отдела, — он с орденом. Заявился, атаковал нас. Радим его отогнал, он ушел и проход закрыл. Все, скрытности конец, идем вперед по шумному.

— Серый, — выключив официал, произнес Пряхин, — ты ранен, возвращайся в отдел.

Старостин с трудом поднялся, скрипнув зубами, левая рука висела плетью, на пол обильно полилась кровь, его качнуло.

Радим посмотрел на Светану.

— Сможешь его подлатать и приглядеть за зеркалом? Нужно его перекрыть, чтобы нам в спину не надуло. До подземелья далеко, потом нагонишь.

Ведьма кивнула и, присев рядом с раненым полковником, начала стаскивать с него кольчугу, поскольку накладывать руны через нее — просто тратить силы впустую.

За дверью раздался громкий «БАМ», от которого вздрогнули стены.

Радим перешел в скрытность и с трудом, но прошел через преграду.

В коридоре кипело сражение, все зеркальщики вышли из скрытности, поскольку больше в ней не было никакого смысла. Охранные руны, вырезанные на стенах, после того, как была объявлена тревога, засияли, и вся невидимость и неосязаемость перестала быть актуальной. Теперь человеческий силуэт под руной словно подсвечен серебром, противник получил возможность их атаковать в любом состоянии.

Радим тоже принял реальный облик и рванул к выбитой взрывом решетке. Искореженные прутья торчали в разные стороны, и чтобы перебраться на ту сторону через этого ежа, пришлось прыгать.

Коридор был перекрыт, кто-то применил артефакт стены и теперь все отдельские зеркальщики пытались пробить преграду. Но та равнодушно реагировала на все стихийные атаки, которые сыпались на нее. По ту сторону Вяземский насчитал уже шесть мутных силуэтов, которые готовились к атаке.

— Сейчас я уберу стену, — крикнул он догнавшему его Пряхину, — не проморгайте момент.

И, вытащив из ножен кукри, Радим полоснул по левой ладони, не сильно, но так, чтобы кровь потекла, и только после этого создал руну разрушения из высшего порядка, именно для нее нужна кровь, и как бы не крут был артефакт, ему не устоять.

Вяземский взял разгон, набирая скорость. У щита был один недостаток. Да, он мощный, крепкий, отдельские не могли его пробить, но и противник не имел возможности атаковать, только накапливаться за ним, выигрывая время, остановив натиск.

Когда до преграды оставалось всего метра два, Радим резко оттолкнулся и взмыл почти к самому потолку, окровавленная ладонь впечаталась в полупрозрачную мутноватую, словно редкий туман, стену. Полыхнула алая вспышка, щит исчез, словно его и не было, только на полу, в двух шагах за ним, с громким хлопком рассыпался артефакт, напоминающий треногу с диском, в который был вделан нехилый такой амариил. Камень уцелел, а вот блюдце и штатив оплыли, словно восковые свечи.

Радим был еще в воздухе, поскольку прыгнул вверх метра на три, благо высокие потолки позволяли выполнять такие акробатические номера.