В понедельник, причем, все было относительно просто — они разучили сольные части хореографии, станцевали свои номера раз десять перед камерами. Во вторник была примерка костюмов, плюс, их учили позировать перед камерами на ковровой дорожке, объясняли, как они должны вести себя во время присутствия на церемонии премии.

Вечером Хару поехал на сеанс к психологу. И бодро взвалил на специалиста весь спектр проблем: он часто бывает агрессивным, из-за нервов плохо спит, часто слишком сильно увлекается тренировками и это уже немного ненормально. Женщина, кажется, не была готова к такой сжатой версии происходящего (и это он еще про Хон Хесон ничего не рассказывал), но быстро пришла в себя и начала задавать уточняющие вопросы. В итоге дала несколько советов. Правда, честно призналась, что каждый человек индивидуален: то, что подходит одному, может оказаться бесполезным для другого. Хару обучили дыхательной гимнастике для обретения спокойствия, посоветовали поразмышлять о создании ритуала. Последнее показалось ему интересным. Это методика сродни эксперименту «собака Павлова». Суть в том, что ты вводишь в свою жизнь какую-то рутину, которая начинает у тебя ассоциироваться со сном. Повторяешь эти действия — и засыпаешь. Рутина должна быть относительно простой, чтобы можно было применять даже в поездках. Например — принять теплый душ, потом включить определенную мелодию, выполнить дыхательные упражнения и попытаться уснуть. И это еще простой ритуал, у многих для борьбы с бессонницей ритуалы становятся очень длинными — добавляется ароматерапия, медитация, кто-то покупает специальные светильники. Можно и с агрессией так бороться, но тут нужно осторожнее. Если ритуал по какой-то причине не получается повторить, то можно разозлиться еще сильнее. А вот считать до десяти, правильно дышать — это доступно почти всегда.

Но учиться всему этому у Хару действительно не было времени. Потому что со среды тренировки выступления для ММА стали по-настоящему насыщенными. Организаторы шоу прислали специальный видеофайл с анимацией. Там показывали движения группы и операторов в виде кружочков. Был четкий тайминг выполнения абсолютно всех перемещений, чуть ли не до миллисекунд. Там же был приложен график времени переключения камер — кто в какой момент времени должен особенно тщательно следить за лицом.

Для репетиций в подвале собрали просто огромное количество стаффа. Менеджеры бегали с включенными камерами телефонов, изображая операторов, хореограф-постановщик раздавал громкие команды на фоне музыки, а другие люди еще и советы давали — даже Им Минсо пришла для этого.

Ради десятиминутного выступления было задействовано такое количество персонала, что становилось немного неловко. Все вокруг крутились вокруг парней, объясняя отдельные детали и следя за тем, чтобы тем было относительно комфортно. После каждого прогона — водичка, ручные вентиляторы, полотенцем пот вытирают, и это даже еще не выступление. Правда, немного орут. Не так, конечно, чтобы это было болезненно для психики. Самые частые выкрики: «Не туда идешь!», «Опаздываешь!», «Да сколько можно? У тебя три секунды, а не тридцать!».

В общем, все были немного на взводе, но винить в этом кого бы то ни было сложно. Времени мало — в пятницу прогон на сцене с видеоэффектами, к этому моменту парни должны все делать максимально идеально.

В четверг на репетицию пришли представители телеканала и организаторы премии. Выглядело это примерно так. У дальней стены поставили складные столы и стулья, натаскали удлинителей, поставили ноутбуки и полноценные компьютеры с огромными мониторами. Там сидят продюсеры и прочие «серьезные» люди. Напротив идет репетиция, где бегают менеджеры, временный стафф, операторы, все крутятся вокруг семерки артистов. Еще и танцоры пришли, они-то толкутся у стеночки большую часть времени и им пот со лба никто мягким полотенцем не вытирает.

Когда всем разрешили отдохнуть, Хару начал прислушиваться к разговору продюсеров. Слышно было не все — стафф ходил кругами, танцоры болтали. Но Хару смог уловить интересную деталь — многие сомневались в том, что новички способны выдержать такой прессинг и жесткий тайминг. Сомневались настолько, что всерьез размышляли об отмене выступления.

Стоило признать, что Хару и сам сомневался. Лучше всего укладываться в жесткий тайминг получалось у него, Шэня и Чанмина. У Хару относительно простой сольный момент — спускаться по ступеням проще, чем полноценно танцевать синхронно с визуальными эффектами. А во время выступления они с Ноа часто просто стоят или медленно ходят — позиция вокалиста позволяет получать такие поблажки.

Ближе к ночи принесли гарнитуру — головные микрофоны и передатчики. Нужно научиться с ними работать, привыкнуть к звучанию. Понять, когда они будут петь, а когда лучше просто открывать рот.

На шоу будет бэктрек — то есть, выступать они будут как будто под фонограмму, где голоса немного приглушены. Петь предстоит поверх этого звука. Во время прогонов номера продюсеры отмечали места, когда лучше сделать голоса погромче, а когда микрофоны стоит и вовсе выключить. К этому моменту пришел уже звукорежиссер Encore, который прямо на месте изменял студийную запись так, чтобы все было идеально.

Это… было странно. Жесткий тайминг действует не только на движения, в процессе выступления будет меняться даже громкость звука. На припевах, например, где достаточно активная хореография, микрофон приглушают у всех, кроме поющего — чтобы не было слышно дыхания. На дэнсбрэйке микрофоны вообще будут выключать. В куплетах заранее распределили — когда поют, когда не поют.

Им семерым нужно все это запомнить — шпаргалок у них не будет. А вот у звукорежиссёров на премии будет и сценарий, и даже заранее прописанная программа.

Спать уходили в два часа ночи. Не только группа, а вообще все, кто участвовал в репетициях — и продюсеры, и весь стафф, и танцоры. Абсолютно вся толпа работала, не делая скидки на должности и возраст. Многие еще и сочувствовали Black Thorn: танцуют и поют, пока остальные сидят на местах. Полное выступление прогнали раз сто, наверное. И это — за один день.

Хару даже ночью снилось, как он спускается по лестнице…

Поспать нормально не удалось — в пятницу пришлось рано вставать. Хару едва привел себя в порядок, как за ними уже прислали те шикарные минивэны с креслами-коконами, так что удалось немного поспать. В машине их и покормили.