Ухмыльнулся, поняв, что принудительное направление к психологу от Им Минсо ему сейчас будет очень кстати: нужно научиться бороться с агрессией. Возможно, специалист подскажет что-то дельное, потому что бег уже не особо помогает.

Злость не прошла, но… словно отошла на второй план.

Он все еще размышлял о вчерашней ситуации, но ощущалось это уже не так остро. Все закончилось. Да, он нарвался, в итоге, на неприятности, но ничего непоправимого не произошло.

Хару сменил постельное белье, рассортировал грязное для вечерней стирки — сейчас уже некогда. Наскоро разобрал завал тетрадей на столе — скопились за учебную неделю. К этому моменту Тэюн уже пришел к нему в комнату и валялся поверх покрывала.

— Я уже немного остыл, — признался Хару, — Вчера переборщил с тренировкой, меня менеджер Пён до общаги только что не тащил, еле дошел.

— Да, я понял, — улыбнулся Тэюн. — Ты даже не заметил, что мы с Шэнем тебя ждали.

— Правда? — искренне удивился Хару. — Простите, я был…

— Ой, забей. Нам не было скучно. Но… что-то рассказать Шэню тебе все же стоит. Хотя бы в общих чертах, без имен.

Хару тяжело вздохнул:

— Сам понимаю. Вслух он вряд ли скажет, но мне бы на его месте было обидно. Я подписал еще одно NDA в отношении этой ситуации, так что придется быть осторожным.

Тэюн кивнул.

Они не обсуждали все в подробностях. Как минимум — пока. И не факт, что смогут поговорить об этом на улице. Раньше они секретничали у Тэюна дома, но сейчас с уединением есть некоторые проблемы.

Хару рассказал, что Хесон уволили, а у него будет «штрафная» работа, все это озвучил осторожно, без имен. И о том, как все стало известно — тоже, но максимально подбирая слова.

— Сассены? — удивился Тэюн, когда Хару уже натягивал джинсы, — Мне казалось, что… ну, для начала нужно хотя бы дебютировать…

— Я вообще надеялся, что сассены — это просто страшные сказки, — признался Хару. — Как теперь вообще по улице ходить? Они, получается, всегда где-то рядом? Как много обо мне они уже знают? Вот я сейчас пойду домой, а они, по кустам, — за мной?

Тэюн расхохотался, но веселье растерял быстро — видимо, тоже задумался о семье. Хару подозревал, что сассены и так в курсе, где живет его семья. Все же дом их собственный, они давно там живут, многие бывшие одноклассники знали адрес, не все умеют хранить секреты…

Хару не стал рассказывать бабуле с дедулей, куда вляпался. Лучше им не знать, а то еще будут негодовать и волноваться. Сыграл пару партий в шахматы с Хансу, поел бабулиной еды, немного поболтал со всеми (за исключением отсутствующего отца) на самые разные темы, а ближе к вечеру пошел с мамой и Хансу в магазин.

Деньги за контракты приходили не сразу, но Хару знал, что скоро придут выплаты за рекламу напитка — их отправили на счет агентства еще в пятницу. То есть, где-то в среду деньги будут у него на счете. Поэтому он практически затащил маму с Хансу в магазин. Хансу получил новую зимнюю куртку, а маме Хару купил короткую дубленку. Искусственную, но маме она очень понравилась. Да и не принято у жителей столицы носить натуральный мех.

Это был небольшой торговый центр. Небольшой по корейским меркам — бутиков тридцать, наверное, плюс фудкорт и аптека. Внутри — только местные, корейские бренды. Одежда, чаще всего, качественная, удобная в носке. Она средней ценовой категории, но есть и более дорогие варианты, зависит от материала. Можно брать дешевле — китайскую. Но там с качеством может не повезти, к тому же, корейская одежда считается «престижнее».

В магазине встретились с Тэюном и его мамой. Расхохотались — Тэюн недавно получил деньги за рекламу в блоге и повел маму в магазин. Сели вместе на фудкорте. Их мамы — хорошие подруги, они тут же начали нахваливать сыновей и себя, потому что «правильно их воспитали». Вообще, это традиция не обязательна — нет никаких жестких правил по поводу того, что сыновья обязаны покупать мамам что-то с первой зарплаты. Но подобное происходит часто, так что женщинам будет приятно похвастаться своим коллегам.

Домой решили возвращаться общей компанией, самой дальней дорогой, чтобы по дороге зайти в два определенных магазина. Хару заранее решил, что подарит бабушке с дедушкой. Бабуле — портмоне из мастерской, где делают вещи из натуральной кожи. Цены, конечно, кусаются, кошелек выйдет по цене почти как мамина дубленка, но бабуля любит качественные вещи. А для дедушки — планшет.

Шли неспешно, болтали всей компанией. Хару краем глаза замечал, как на них постоянно оглядываются люди. Узнавали — и Хару, и Тэюн, для удобства разговора сняли маски, поэтому у прохожих даже причин сомневаться в их личностях не было.

Они переходили дорогу по пешеходному переходу. И прямо уткнулись в витрину какого-то бутика. Кажется, это был магазин для парочек: мужские и женские манекены стояли рядом и одеты были в схожую одежду. Но видел Хару только черный худи на мужском манекене. На капюшоне — кошачьи уши, резинки манжетов белые, белые же завязки у капюшона. В Корее достаточно популярны милые вещи, ушами на капюшоне никого особо не удивить. Но этот вариант выглядел как-то… особенно. Возможно, потому что уши нормально торчали, так как были изготовлены из какого-то плотного материала. А может, из-за правильного фасона.