Встретившись во второй раз, Макса вновь перекинули через защитную полосу, и теперь они должны были продолжить путь по дороге. Немного посовещавшись, мы решили обогнать их лёгким бегом, так как уже давно не разминались, даже от ворчавшей Яси возражений не последовало.

Некоторое время мы бежали с небольшим отрывом от двигавшихся по пятам Ки и Макса, но вскоре они отстали, прячась от дрона. Тот пролетал далеко впереди и Ки не могла об этом не знать, но, видимо, её больше беспокоили тепловые камеры аппаратов, нежели возможность их визуального обнаружения.

– С готовкой облом, - сняв скрыт как только все вошли в помещение, сообщила Яся.
– За оставшееся время ничего не успеем, да и, если честно, лениво.

Мы расположились в большом бетонном приямке, видимо когда-то использовавшемся для сбора стекавшей жидкости. Сейчас же это оказалось единственное место, где можно было передвигаться в полный рост, не опасаясь, что сенс нас учует на краю восприятия. А от сенсоров дронов нас прикрывали несколько ярусов полуразобранных металлических конструкций и, как я успел выяснить, отсутствие сильно развитых технологий.

Скинув рюкзак, я разместился на лавке, которую Сарыч согнул из местной арматуры, такие стояли у обеих палаток. Сарыч помог разукомплектоваться Зуун и также развалился напротив. Не очень удобная мебель, но альтернатива - либо спальный мешок в палатке, либо пол.

– Эй, - обратила на себя внимание Яся, - все слышали про готовку? Так что заказывайте, консервы есть на любой вкус, ещё всякая лапша быстрого приготовления, даже супчики, - при этом она улыбнулась, явно вспомнив, как я отреагировал на борщ из пакета.

– Не, подруга, с лапшой лучше уволь, - ответил напарник, - мне давай хлеба чёрного, банку тушняка, того с жёлтой полоской, и что с рыбой есть?

– Шпроты пойдут?
– Сарыч кивнул, и все им запрошенное тут же появилось на нашем походном столе, она уже было хотела продолжить, но, услышав голос Ки, направилась ко входу, выдав: - О, беглец!

Я вроде как готовился к встрече, продумывал, что скажу и о чём буду расспрашивать старого друга, но тут всё из головы разом вымело. Правда, я всё равно поднялся и направился вслед за Ясей. В сумраке тамбура, где в качестве освещения имелся всего один фонарик, мне всё же удалось поймать взгляд вошедшего, и узнавания в нём не было.

Да, я изменился, заматерел, раскачался, но, как мне самому казалось, моё отражение в зеркале не настолько иное, чтобы он меня не узнал. Я смотрел на него, он настороженно смотрел на меня, игнорируя стоявшую меж нами Ясю, отчего я не выдержал и спросил:

– Макс, ты?

При этом, разведя руки по-дружески, двинулся к нему, но, вопреки моим ожиданиям, он шарахнулся, от чего я также замер. Решив прояснить ситуацию, снова спросил:

– Макс, ты меня не узнаёшь?

Почему-то инстинктивно, где-то на подсознательном уровне, я понимал, что сейчас должен услышать, даже знал объяснение тому, что должно произойти, но принимать происходившее не хотелось. Передо мной стоял именно тот Макс, которого я помнил. Да, он был старше, да, его истощённый и не вполне здоровый вид настораживал, но это был он, я уверен.

– Нет, - резко, и даже не замешкавшись на мгновенье, выдал он, подтвердив то, что я уже успел ощутить. Но я не был готов смириться, выпалив последний из аргументов:

– Твоя настоящая фамилия Топчий, - отчего выражение его лица вновь изменилось. Что означало моё попадание прямо в цель, этот секрет из всех знали только трое: он, его Светлана и я.
– Но ты её не выносил и всегда шутил, что женишься на Светке, взяв её фамилию, хотя по мне, что Топчий, что Журавлёв, одинаково, - продолжил я, с каждым словом видя, как он всё больше удивляется, а затем, сделав паузу, чтобы дать ему собраться, добавил: - Артём Левитский, вспомни, как ты от всех нападок защищал монархического отпрыска, и чего тебе это стоило?

– Какого отпрыска?
– резко спросил Макс, явно демонстрируя полное недоумение.

– Приближенного ко двору императора Российской империи. Вспомни, когда все об этом узнали, что было, - опять поняв, что будет дальше, но всё же на автомате выдал я…

– Шустряк, это не он, вспомни про разность миров, - произнесла Яся, прижавшись ко мне. Я разом ощутил, как исчезло нечто давившее на меня. Схлынуло чувство непонимания, обиды, всё то, что я успел ощутить, обдумать с того момента, как увидел Макса ещё в ошейнике, стало неважным. Это не тот Макс, он другой, и вполне возможно, что у него другая фамилия, другая девушка, и, судя по всему, нет в его мире императора и, возможно, Российской империи вовсе.

– Что значит эта ваша разность миров и какая, к чёрту, Российская империя с императором? России ещё с революции нет, а СССР развалился на куски, потом заново пытались собрать Россию, но не до конца, независимыми остались всего две республики, Дальневосточная и Якутия, да и те сейчас вместе с Монголией, считай, почти Китай, - выдал стоявший передо мной парень, но эмоций его заявление не вызывало, я как будто перегорел.

Мне не было так наплевать на всё, даже когда я узнал, что не являлся иммунным, попав в этот мир, и, если бы не нашедший меня Косой, бегал бы по Пеклу, урча при виде двуногой дичи, а, может быть, и сам стал чьей-то добычей. Всё, что до этого меня шокировало и заставляло задуматься в один момент оказалось не таким уж и важным, когда я в первый раз понял, что здесь могут быть не только мои другие Я, но и те, кто мне был дорог. Те, кто, как стоявший передо мной Макс, выглядят, как они, говорят, как они, и даже двигаются, как они, но это не они.