– Зуун, - потревожил я девушку, так и не уточнившую суть своих ощущений, та, словно вынырнув, огляделась и сообщила:

– Много иммунных, сливаются друг с другом и даже с такого расстояния точнее не стало, это должно быть помещение вроде барака, но те, кто там находятся, они в странном состоянии, как будто в коме, ядро есть и больше ничего нет.

– Что значит ничего нет?
– первой спросила Яся.

– Я не знаю как объяснить, - она, сделав паузу, добавила: - не знаю, но среди них есть другие иммунные, семеро, ощущаются, как плод в утробе.

Сказанное не внесло ясности, скорее наоборот, добавило новые вопросы, так что я принялся выяснять самое важное.

– Ещё кто есть? Охрана, персонал?

– Да, тут как Ки говорила, чую скопление охраны, отдельные здания с персоналом, да и в этом, - она задумалась, - бараке тоже несколько нормальных иммунных ощущается.

– А твари?
– спросил Сарыч.

– Ни одной не чувствую, - ответила она.

Вскоре мы достигли резкого поворота, который выводил на типовую парковочную зону, Ки значительно сбросила скорость перед тем, как мы въехали на территорию.

– Больше трёх часов, - прокомментировал я таймер, запущенный сразу после активации скрыта.

– Как будем маскировать тележку?
– спросила Ки, остановившись посреди пустого места, отведённого для разгрузки и погрузки.

– Как тут с интенсивностью движения?
– вместо предложения поинтересовался напарник.

– Хочешь отогнать за поворот и бросить?
– спросила Ки, тут же ответив на вопрос, - не высокая, но весьма периодичная.

– Идея дрянь, - высказалась Яся, тут же предложив иной вариант: - а что если на дурачка, - указывая в сторону цехового здания, где рядом со стойкой зарядки имелось два похожих кара, только те были без сидушек, грузовая модификация.

– Хочешь проверить оператора видеонаблюдения на внимательность?
– поинтересовался Сарыч, а я, наоборот, задумался над данным вариантом, точнее над самой идеей.

Мой сенсорный дар накрывал всю парковку, здание охраны и небольшое отдельно стоящее строение, так что я смог разглядеть всё в деталях. А именно, что сооружение справа, внутри которого располагался склад, имеет с тыльной стороны всего одну камеру, которую можно сжечь. Судя по тому, что мы узнали, охрана об этом сообщит, но ремонтники прибудут в лучшем случае через час, а для нашей задачи этого времени более чем достаточно. Так что я решил предложить свой вариант.

– Можно подъехать вот к этому складу, - я указал на примеченное мною строение, - камеру я сожгу, а Сарыч за него тележку занесёт, там от дороги меньше двадцати метров.

– Отличный вариант, - согласился напарник, а Ки, не дожидаясь, направила кар к нужному строению.

Едва мы миновали половину от намеченного пути, как в радиус моего восприятия попала часть здания цеха, являвшегося нашей целью, и, осознав то, что я вижу, невольно вздрогнул. Это не осталось незамеченным, и первой всполошилась Яся, уже давно научившаяся читать моё выражение лица.

– Ты что?
– поинтересовалась она.

– Я знаю почему Зуун не могла понять, что не так с иммунными, - указав на здание, мимо которого мы проезжали, - в этом, так сказать, “бараке”.

– И что же?
– первой поинтересовалась Яся, глядя на Зуун, которая, видимо, так и продолжала пытаться понять свои ощущения.

– Стеллажи обрубков иммунных женщин, - попытался я выразить коротко то, что показывал мне дар.

– Что значит обрубков?
– резко переспросила Яся, но вопрос Зуун был важнее:

– Без рук и ног?

О таких фермах внешников, где держали обрубки людей, я слышал, но особой веры в их реальность у меня не было, ведь бесконечно регенерировать иммунный не будет, да и рано или поздно, если он не будет покидать один и тот же стаб, у него случится трясучка. Так что считал за страшный миф, и, судя по всему, Зуун не верила тоже, отчего и решила уточнить, вот только она не знала, что я взираю на гораздо более странную картину, чем четвертованные иммунные.

– Не только, они ещё и без головы, - разъяснил я, и повисла пауза.

Лишь остановка кара, достигшего почти самого угла здания, заставила всех отмереть, после озвученного мною. Так же молча мы выгрузились, потом я сжёг электронную начинку камеры, так же в полном молчании хекнул Сарыч, вскорячив на себя наш транспорт, направившись с ним за здание, и лишь когда он бросил кар, первой заговорила Ки.

– Считается, что при повреждении мозга, иммунный умирает, - то ли спрашивая, то ли констатируя, произнесла она, на что отреагировала Зуун.

– Не обязательно. Если не будут повреждены центры, отвечающие за сердце и дыхание, или рядом окажется знахарь, то шанс есть, но если мозг разнести в клочья или отрезать голову, то шансов регенерировать точно нет. По крайней мере, я о таком не слышала, не считая баек конечно. Нужно посмотреть на это, - уже утвердительно произнесла она.