Я удивленно смотрю на Илью, не понимаю, что он такое говорит.

— Однако, по выражению ее лица и по тому, что она рада меня видеть, я делаю вывод, что кто-то другой написал это за нее. Поэтому мне хотелось бы разобраться в этом.

— Как ты могла? — я полностью теряю контроль над собой и ситуацией в целом. — Мама, зачем ты это сделала?

У меня даже нет сомнения, что это сделал она. Я точно уверена. Больше некому.

— Потому что он тебе не пара! — шипит в ответ она.

— Да? А кто мне пара? Хотя даже не отвечай! Я знать ничего не хочу! Мне все равно. Отдай мне телефон! — она удивленно поднимает брови. — Не начинай! Я знаю, что ты его взяла с собой. Отдай мне его.

— А то что?

— Ты вообще адекватная?

— Не груби матери! — предупреждает отец.

— А вы — Полине, — парирует Илья.

— Что ты…

— Папа, перестань, — обрываю его. — Тебе не идет.

— Ты как с отцом разговариваешь, мерзавка? — истерит мать.

— Мама, — устало произношу я. — Отдай мне телефон.

— Нет.

— Хорошо. Можешь не отдавать, — отвечаю я. — Куплю новый, а заодно сменю сим карту, и ты не будешь знать ни моего адреса, ни номера телефона.

Грубо, знаю, но с ней по-другому никак. Только ее же методами. Она сверлит меня взглядом, но все же достает телефон из сумки и кладет его на стол.

— Подавись.

— Это же ваша дочь. За что вы с ней так? — Илья качает головой.

— Тебе забыли спросить. Ты вообще кто такой, чтобы указывать мне, как разговаривать с собственной дочерью? — мать смотрит на него с ненавистью. — Принц что-ли? Так тебя никто не ждал, мог и дальше не появляться в нашей жизни.

— Я появился в жизни Полины, не в вашей.

— Кто тебя просил? — ее лицо искажено яростью. — У меня все было схвачено. Еще немного, и Костя бы достучался до этой дуры. Он хороший, внимательный, обеспеченный, а ты кто? Костя — единственный вариант для моей непутевой дочери.

Эти слова пронзают меня, как острое лезвие ножа. Шоковая волна прокатывается по моему телу.

Она только, что сказала Костя? Тот самый Костя, который в последние месяцы посещает мои занятия и пытается пригласить меня куда-нибудь?

Я не могу поверить, что мать на это способна, словно всерьез считая, что это мой единственный шанс на «счастливые отношения».

Я чувствую, обеспокоенный взгляд Ильи, направленный прямо на меня. Он делает шаг, но останавливается, опуская глаза на свои кроссовки. Нахожу в себе силы, и сама иду к нему. Илья тут же притягивает меня к себе, обволакивает своей защитой.

— Вы другого места не нашли? — возмущается мать. — Совсем сдурели?

— А вы? — все тело Ильи напрягается, а его холодный тон, заставляя маму замолчать. — Вы вообще, чем думали, когда подзывали этого Костю? Вы хоть знаете сколько ваша дочь намучилась от него? Хотя куда-там, вы дальше собственного носа не видите.

Бабушка ахает, садясь на стул.

— Он ей больше подходит, чем ты, — она не на секунду не уступает ему. — Полина, ты сама посмотри с кем ты обжимаешься! У него же нет будущего! Обычный пацан!

— Не смей так о нем говорить! — кричу в ответ я, отстраняясь от Ильи. — Илья — не просто мой парень, он тот, кто понимает меня, поддерживает меня, принимает меня такой, какая я есть. Все мою сущность, мои страхи и мечты.

— А вот Костя…

— А твой Костя — невоспитанный, грубый и заносчивый. Он всего лишь «достаточный» для тебя, — тычу в нее пальцем, — парень, который мне противен.

— Ты ничего не понимаешь, — она скрещивает руки на груди. — Не бела бы такой упрямой и своенравной, давно бы легла под Костю, и плохой жизни не знала.

— Вы что несете!? — Илья делает шаг вперед, но я его останавливаю.

— Это моя жизнь, и я сама решу, с кем мне быть, а с кем нет!

— Одно твое решение уже почти довело моего отца до инфаркта, что неизвестно, когда его переведут из реанимации!

От этих слов внутри все сжимается, она попадает в цель.

— Вообще-то, Федора Васильевича, час назад перевели в обычную палату, — произносит Илья.

— Что? — бабушка резко встает. — Откуда вы знаете?

— Общий знакомый сказал, — он в недоумении переводит взгляд с бабушки на меня, а затем обратно на нее. — Его отчим работает в этой больнице.

— Ира? — бабушка в ужасе переводит взгляд на свою дочь.

— Что? — она отводит взгляд. — Мне никто не звонил.

— Покажи телефон!

— Я не обязано, давно не маленькая.

У ба наворачиваются слезы, и она разочарованно вздыхает.

— Илья, а нас к нему не пустят? — с надеждой спрашивает бабушка.