Даже дряхлеющая Оттоманская Порта обладает более дееспособным государственным механизмом и производственной базой, нежели поляки. Добавьте к трудностям наших западных соседей религиозный вопрос, раздирающий страну изнутри, и ситуация станет выглядеть неразрешимой. Неуправляемый хаос. Именно так правильнее назвать ситуацию в Речи Посполитой.

Вроде польская армия смогла закрепиться в Молдавии с Валахией. По факту Собесский получил землю, населённую враждебным православным населением. Для предков молдаван и румын, поляки хуже осман и крымских татар, периодически разоряющих южные пределы вассальных Константинополю княжеств. Ведь католики сразу начали вводить свои ограничительные порядки.

К тому же Собеский совершенно по-глупому подставился. Вместо того чтобы договариваться с союзниками, определяя сферы влияния и будущие завоевания, король пёр вперёд как бык, не обращая внимания на манёвры соседей. А ведь австрийцы очень грамотно приостановили наступление в Банате и Трансильвании, дав возможность османам отдышаться, затем снять часть полков с западного фронта и перебросить их на Прут. Понятно, что у Вены хватало проблем с отражением французского наступления. Но уж слишком резко их армия перестала давить магометан. Трансильвания и Валахия Габсбургам самим нужна. А тут какой-то польский выскочка! Если это не подстава, то я реинкарнация богини Кали.

А ведь Россия предложила разумный план совместных действий. Мы даже были готовы временно отказаться от своих планов. Пусть поляки, наконец, дойдут до вожделенного Чёрного моря и порадуются. Только они неспособны удержать побережье. Кажется, это понимают все, кроме экзальтированных панов. Надо здраво оценивать свои силы. Их всё рано оттеснят на север. Что и произошло после битвы при Кагуле. Там произошёл форменный разгром, вызванный бардаком в польской армии, и стандартным предательством правобережных запорожцев. Ещё и якобы лояльные молдаване ударили в спину.

К чести Собесского его войско дралось отчаянно и не бежало с поля боя. Однако силы оказались не равны. В результате трёхдневного сражения большую часть поляков окружили и уничтожили. Уйти смогла треть конницы, бросив обоз с тяжёлым вооружением. Более того, Яну пришлось оставить Яссы и почти все завоевания в Молдавии. О Валахии речь вообще не идёт. Остатки мощнейшей армии, которую Варшава собрала впервые лет за сорок со времён Потопа, закрепились в Бельцах, где зализывали раны. Что они будут делать без полевой артиллерии, не знаю.

Меня больше беспокоит ситуация, касающаяся России. Уничтожение польского войска стало неприятной неожиданностью. Я думал, что Ян выстоит, и будет бодаться с османами не менее года. Далее уже всё равно. Тем не менее, мы подготовились к самому худшему варианту. Поэтому русская армия спокойно ожидала прихода магометанских коллег. Разведка работает хорошо, в том числе морская, значит, нет особого повода для беспокойства. Морткин решил сделать основной упор на многослойную оборону и семикратное превосходство в артиллерии. Если оценить качество пушек и выучка обслуги, то преимущество ещё более ощутимое. Прибавьте к этому двадцать пять полков пехоты, вооружённой штыками и умеющей ими пользоваться, что станет для неприятеля сюрпризом. Плюс сорок тысяч конницы, из которой десятая часть — это кирасиры, а четверть — уланы. Это регулярная русская кавалерия, в отличии калмыков, ногайцев и башкир.

Мне есть, что противопоставить стодвадцатитысячной орде, постоянно пополняемой мелкими отрядами кочевников, стекающимся со всех сторон степи. Нам повезло, что влахи и молдаване с частью янычар блокируют деморализованных поляков. Вторая сила, способная вмешаться в историческую битву за Дикую степь, сейчас раздроблена. Речь о черкесах. Основные кланы горцев заняты разборками между собой и параллельно проводят экспансию в восточную часть Северного Кавказа, освобождённую от шемхалов. Другие группировки блокированы калмыками и вассальными России ногайцами.

Кстати, черкесы неплохо помогли нам во время прошлогодней атаки на Крым. Татар горцы ненавидят, вспоминая годы владычества Гераев и необходимостью платить им дань. Поэтому после разгрома Косаговым крымско-османский войск, мы воспользовались помощью кабардинских князей, переправив их дружины на полуостров через Керченский пролив. Пока русская армия блокировала Кафу, наши временные союзники с радостью разоряли окрестности, продвинувшись вплоть до Ак-Мечети, в моей реальности, переименованной в Симферополь.

Представляю, как скрипел зубами Саадет Герай, неспособный прислать полноценную помощь разоряемым кочевьям и поселениям. Ведь его основные силы стояли на перешейке, опасаясь прорыва полков Морткина. В итоге довольные горцы ушли домой с хорошей добычей, включая тысячи рабов, а Косагов отступил от Кафы, куда прибыли подкрепления из Константинополя.

Главное — продолжал осуществляться мой план воевать чужими руками, сохраняя собственных солдат. Во время этой операции мы нанесли немалый урон не только татарам, но и османскому флоту. Командование магометан не могло разобраться, куда идти в первую очередь, рассредоточив силы. Чем сразу воспользовался Морозини, атаковав эскадру магометан, пришедшую на подмогу в Кафу. Под Керчью капитан тоже отличился, вместе с казаками он разбил вторую группировку осман.