Занять себя в каменном мешке было нечем, поэтому, недолго послонявшись из стороны в сторону, прилёг, кое-как устроившись на холодной породе. Несмотря на мучительные размышления, меня потянуло в сон, и я не стал сопротивляться этому желанию, позволив сознанию отдохнуть.

— Проснись и пой! — пробился сквозь сон голос Фроди, а прилетевший камень заставил окончательно проснуться.

— Я ведь могу обидеться и на кол тебя насадить, — зло сказал я.

— А я могу не тебя каменюку побольше скинуть. Видишь, мы в одинаковых условиях.

— Ты всё-таки попробуй своим скудным умишком осознать, что ходишь по тонкому льду.

— Можешь своими зенками злобно не сверкать. Мне отсюда всё равно твоих потуг не видно, — довольно произнёс Фроди. — Гостинца готовься принимать. На этот раз мы тебе ещё и еды подкинули, так что цени наше великодушие.

Говорить, где я видел такое великодушие, не стал. Отошёл к стене колодца и принялся молча наблюдать за спуском клетки. В мою скромную обитель доставили очередного рыкара, только на этот раз помимо зверя в клетке были бурдюк с водой и пару лепёшек. Отказываться от еды глупо, а вот поглощать силу пса на этот раз не стал. Просто приложил ладонь к мёртвому телу, тем самым успокоив своих наблюдателей.

— Если выпускать меня не планируете, так хоть ведро какое-нибудь спустите. Мне нужду справить требуется, — попросил я, когда клетку утянули верх.

— Знаешь, мы с друзьями уже устали из-за этого наверх бегать. А ведь можно из твоей ямы туалет сделать. Именно так мы и поступим, если не перестанешь всякую ерунду требовать, — пообещал Фроди.

Пришлось вновь смолчать и смириться с нынешними реалиями, но вот счёт к моим пленителям становился всё больше. Себе пообещал, что Фроди и Томас своей смертью не умрут и то, что я в их скоропостижной кончине приму непосредственное участие.

Долго пребывать в тишине мне не дали — сверху уже знакомо завозились, прицепляя трос к всё той же клети. Я удивился, не ожидал очередного подарка так скоро.

— Рик, ну вот зачем ты так? Мы же стараемся, а ты не ценишь, — дал понять Томас, что моя хитрость раскрыта.

— Обидно, когда твои старания не ценят? Понимаю. Я вот тоже старался, драгоценности для вас искал, и вот куда меня это привело, — развёл руки я.

— Ты сам принуждаешь идти меня на крайние меры, — тяжело вздохнул сподвижник Вилмара.

Узнать, что же это за крайние меры, мне довелось сразу же. Стоило Томасу махнуть рукой, как на краю колодца тут же появился арбалетчик, а выпущенный им болт прилетел мне в левый бицепс.

— Понимаю, рана болезненная, но тело рыкара позволит её залечить. Надеюсь, на этот раз ты не побрезгуешь нашим подарком, — глядя, как я баюкаю раненую руку, сказал Томас.

Как же хотелось насадить этого гада на кол, подарив этому уроду мучительную боль. Но я, пусть и с трудом, но сдержался, сейчас не время показывать зубы. На место Томаса придёт кто-то другой, а я лишь бездарно растрачу ману, которая ещё понадобится при побеге.

Наконечник болта пробил бицепс насквозь. Скрипя зубами, мне удалось обломить оперение и, тщательно очистив слом от всевозможных щепок, выдернуть болт за наконечник.

Клетку с рыкаром спустили. Играть в героя и гордо сносить боль не стал. Прикоснувшись к псу, приступил к поглощению.

Формирование ядра развития: 20% из 100%

Ядер развития:0

Рана затянулась, и я облегчённо выдохнул. Теперь понятно, что отказаться поглощать силу не получится. Тюремщики отчётливо продемонстрировали, что будет, если я начну вставлять им палки в колёса.

— Надеюсь, ты не захочешь повторять эту процедуру снова, — бросил на прощание Томас.

Ничего, придумаю что-нибудь ещё, я парень сообразительный. Вот уже обзавёлся пусть и обломанным, но всё же болтом, того и гляди скоро такими темпами целым арсеналом обзаведусь. Главное, чтобы здоровья хватило.

— Ну ты, конечно, дурной. Разве ещё не понял? Ты не в том положении, чтобы выкидывать подобные фокусы. Сиди спокойно, целее будешь, — сказал Фроди.

— Вот только советов от будущего трупа мне не хватает, — пробурчал я тихо, чтобы никто не услышал.

В каменном мешке понять, день сейчас или ночь, было невозможно. Моё собственное чувство времени сбилось. Не знаю, сколько я провалялся, лёжа в бессознанке на дне колодца. Мне только и оставалось, что ориентироваться на своих тюремщиков. Наверху всё затихло, а это значит, наступила ночь. Без присмотра меня, конечно, не оставили — Фроди сменил угрюмый мужчина, круживший у края колодца и никак не реагирующий на мои вопросы. Голос земли развеял надежды, наедине с охранником никто меня не оставил. Остальные стражники устроились на ночлег рядом с колодцем. Хуже того, половина из них, судя по полученным сигналам от сканера, бодрствовали.