Она поднимает голову. «Кэт у Деми? Почему она не поехала в больницу? Ее палец...»

«Она так хотела», - отвечаю я прямо.

Она смотрит на меня через плечо, ее взгляд все еще полон огня. «Тебе не стоило ее слушать. Ее должен осмотреть врач».

«Она достаточно взрослая, чтобы самой принять такое решение».

«Древняя», - усмехаясь, добавляет Кассий.

«Давай я тебе помогу», - говорит Талия, пытаясь разрядить обстановку. Пытаясь обойти лужу рвоты, она открывает дверь машины и берет Еву за руки. Кассиус тоже тянется к ней, но, выходя, теряет опору и чуть не падает.

«Попалась!» Кассий обхватывает ее за талию и поднимает, но Талия спотыкается прямо в блевотину.

«Ой, да ладно!» - кричит она на своих испорченных каблуках, скорее с досадой, чем с отвращением, что, впрочем, не слишком удивительно. Ей приходилось иметь дело с нами в довольно потрепанном состоянии. И ей приходилосьизбавляться от некоторых тел. Она видела и похуже. «Они были новыми!»

«Простите...» слабо произносит Ева.

«Мы их заменим». Я вылезаю из машины. Я собираюсь подойти, чтобы забрать Еву у Кассиуса, но она уже толкает его, чтобы он отпустил ее. Он делает это с неохотой.

«У меня есть ноги, знаешь ли», - огрызается она.

Он ухмыляется. «И злобный рот».

Не обращая на него внимания, она оглядывает гараж. «Где Нокс?»

Он делает паузу, несомненно, размышляя, как много он должен ей сказать. После долгой паузы он отвечает - что удивительно - правду: «Мы не знаем».

«»Не... не знаешь?«»

«Нокс может сам о себе позаботиться», - вмешиваюсь я.

«В конце концов, онже Смерть», - добавляет Кассиус.

Ева фыркает. «И твой друг».

И я, и Кассиус оглядываемся. Друг - это, пожалуй, слишком сильное слово для того, кем Нокс является для меня. Черт, я не уверен, что дружбой можно описать все наши отношения. Мы просто всегда хорошо работали вместе. У нас была одинаковая потребность в мести и силе. Наши силы в какой-то мере совпадали - мы были неприкасаемыми, или, по крайней мере, были таковыми раньше. Единственным человеком, которого я когда-либо подпускал к себе близко, был Саксон, и именно это его и погубило.

Саксон был единственным, кто держал нас вместе. Без него мы в лучшем случае были лишь деловыми партнерами.

Воспользовавшись тишиной, Талия быстро берет Еву за руку и ведет ее к двери охраны. Мы следуем за ними. Просканировав свою карту доступа, чтобы разблокировать дверь, она помогает ей пройти.

Еще одно сканирование у лифта, и его двери тоже открываются, так что мы все можем втиснуться в тесное пространство. Тележка проносится мимо большинства этажей, направляясь прямо к верхним уровням, где мы живем. Будучи нашим помощником, Талия - одна из немногих, кто имеет доступ к нашим личным пространствам. По понятным причинам мы не так много кому можем доверять, и хотя наш контракт с молодой женщиной был коротким, она доказала свою преданность и полезность. Никогда не задает вопросов, делает то, что ей говорят, обычно ее видят, но не слышат - все, чего хотят от своих помощников те, кто работает в этой сфере.

Когда двери снова открываются, открывая нам парадное фойе, Ева без лишних слов позволяет ей выйти из лифта, и я начинаю задумываться, словно наличие Талии рядом может быть полезно еще по одной причине.

Для Евы.

«Я собираюсь привести ее в порядок и позаботиться о ней», - говорит Талия и притягивает Еву ближе. «Бедняжке нужен уход после всего, через что она прошла, я уверена».

Кассиус смотрит на меня, изогнув бровь, и ждет моих слов.

«Она должна пойти с нами», - отвечаю я и отвожу назад ноющие плечи. Я бы сейчас убил за полноценный ужин со стейком и всеми атрибутами. Переход в альтернативные формы всегда отнимает у меня много энергии, а в желудке остается пустота. Я знаю, что нам всем нужно отдохнуть после всего, но сначала нам нужно обсудить множество вещей. Например, силы Евы, ее прошлое и то, как Арис связан со всем этим.

И, конечно, что, черт возьми, мы должны делать дальше.

Глаза Евы расширяются.

«Это может подождать?» Талия спрашивает. «Ты видела, что произошло внизу. Она так слаба, что едва...»

«Ты здесь не для того, чтобы высказывать свое мнение, Талия», - выкрикиваю я, мой гнев нарастает. Но, похоже, смысл сказанного дошел до нее, потому что она поджала губы.

«Она права», - говорит Ева. «Я устала».

«Мы все устали».

«Драк...» начинает Кассиус, в его тоне звучит сочувствие. Это только еще больше выводит меня из себя. «Может, это может подождать...»

«Подождать, пока Арис не ворвется в эту дверь?» кричу я, заставляя Талию вздрогнуть. Ева же просто смотрит на меня.

Я напрягаюсь. Неужели она не понимает, в какой опасности находится? Насколько мы все в опасности, когда она здесь? Каждая секунда может привести к новому нападению, к нашей смерти.

Но даже зная все это, глядя на нее, стоящую рядом со мной, не сдающуюся, покрытую царапинами и темно-фиолетовыми синяками, я чувствую, как моя ярость улетучивается. Я хочу быть на месте Талии, утешать ее, сражаться за нее. А не против нее. Я хочу заботиться о ней, мыть ее, ухаживать за ней. И эта мысль потрясает меня до глубины души.